Кастер закатил глаза и, вновь положив мне руку на плечо, повел меня вверх по лестнице. Я молча последовал за братом. Больше на Филисити я не смотрел.

***

Подъем, вопреки моим ожиданиям, оказался совсем недолгим. Помещение, в котором располагалась наша камера, даже не было, по сути, подземельем - это можно было назвать, скорее, глубоким гротом, в котором устроили клетку лишь для ослушавшихся приказа стражей. А таковых во всем Орссе можно было по пальцам одной руки пересчитать.

Что до темниц, то лестница, по которой мы поднимались, вела и вниз, судя по всему, в настоящие катакомбы и была окутана пугающей темнотой. Я невесело усмехнулся, взглянув туда. Пока что FelldeArdaполностью соответствовал моим представлениям о нем: большой мрачный замок, окутанный темной магией, а в нем - солдаты, облаченные в черное, грубые серые каменные стены, тусклый свет факелов на черных подставках и подвесах...

– Брось расстраиваться из-за слов колдуньи, - ободряюще произнес Кастер, шагая рядом со мной. Похоже, он неверно расценил мою усмешку, - фамилию Фэлл надо носить с гордостью, а не стыдиться ее. Придет время, и ты вспомнишь об этом, Арн. Слова таких ведьм больше не будут иметь для тебя значение.

Я с трудом сдержал усмешку. Вспомню? Судя по моим воспоминаниям, с гордостью я свое имя никогда не носил.

– Не называй меня так, - покачал головой я. Кастер изумленно распахнул глаза.

– Ты просишь не звать тебя твоим именем?
– он недоверчиво сдвинул брови.

– Я давно уже не Арн Виар-Фэлл, и становиться им снова не входит в мои планы.

Брат остановился на крутых каменных ступенях и внушительно посмотрел на меня.

– А что же входит в твои планы? Зачем ты явился сюда, если не за этим?
– строго спросил он. Я хмыкнул.

– Пока что в мои планы входит встреча с отцом.

Кастер закусил губу. Кажется, мои слова произвели на него сильное впечатление. Если верить моим обрывочным воспоминаниям об орсском прошлом, я никогда не называл Виктора Фэлла отцом, и решение назвать его так сейчас вызвало у брата смешанные чувства. Он нахмурился.

– Хорошо, идем. Мы почти пришли.

Я кивнул и последовал за братом. Он широким шагом преодолел несколько ступеней, и мы оказались в длинном коридоре, тянущемся вдаль и уходящем влево. Факелы на стенах горели, ветра почти не было. Слышался шум бурной реки снаружи.

В моих воспоминаниях этот коридор казался длиннее, но это был он. То самое место.

"Неблагодарный щенок!" - прозвучало в моей голове громовым раскатом. Я словно вновь почувствовал тот удар по затылку, что раскроил мне череп, и от неожиданности даже потерял равновесие. Пришлось ухватиться за стену, чтобы не упасть. Виски заломило, я, стиснул зубы и шумно выдохнул, понадеявшись, что боль быстро пройдет. По счастью так и случилось: она отступала.

– Арн?
– одновременно подозрительно и обеспокоенно окликнул брат. Я лишь качнул головой и вновь поравнялся с ним.

– Я же просил меня так не звать.

Кастер скептически поднял бровь и усмехнулся.

– К этому не так-то просто привыкнуть, знаешь ли, - изучив мое лицо, брат нахмурился, - ты побледнел, или мне кажется?

Не думал, что Кастер будет проявлять такую заботу.

– Тебе кажется.

Несколько мгновений мы продолжали идти молча. Затем, когда головная боль окончательно утихла, я посмотрел на брата.

– Кастер, сколько мне лет?

Он изумленно уставился на меня. Казалось, мой вопрос сначала показался ему шуткой.

– Отрово пламя, ты и этого о себе не знаешь?
– воскликнул он.

– Я бы не спрашивал...

– Прости, - покачал головой брат, - тебе тридцать три года.

Мне невольно вспомнились слова Рики Арнар о том, что Виктор Фэлл вряд ли долго ухаживал за моей матерью до моего рождения. Я невольно усмехнулся, поняв, что глава таирского совета была права.

– А тебе, стало быть, тридцать шесть, - кивнул я. Кастер склонил голову набок, на лице растянулась улыбка.

– Ты помнишь, что я старше на три года?

– Когда воспоминания начали возвращаться, я чаще всего вспоминал именно тебя. И нашу мать, - я немного помедлил, с опаской оглядевшись, - и этот коридор...

Кастер тяжело вздохнул.

– Ты помнишь, что здесь произошло?
– тихо спросил он.

– Виктор Фэлл практически убил меня, - ровно отозвался я. От злости, кипевшей внутри, тьма шевельнулась во мне, и ошейник начал ощутимо сильнее давить на шею, затрудняя дыхание. Я сжал кулаки и быстро заставил магию успокоиться. Брат, кажется, ничего не заметил.