— Но это так или иначе касается герцога и свадьбы, — сделал очередную попытку Вир.

Принцесса мученически вздохнула и опять поднялась. Пытаясь пригладить свои растрепавшиеся за ночь волосы, она угрюмо посмотрела на своего слугу.

— И что же такого там случилось?

— Герцог проявляет слишком сильную заинтересованность к жрице Риане.

— С чего ты это взял? — равнодушно спросила принцесса, поднимаясь, наконец, с кровати, ни капли не смущаясь того, что Вир, как мужчина, может видеть её в одной ночной рубашке, пусть она и была до пола и с длинным рукавом. Он был её молочным братом и тем, кого она знала с самого детства, потому ничего предосудительного в своих поступках не видела.

— Они всё утро гуляют по саду и мило беседуют.

— И что?

— Разве это хорошо, что герцог улыбается и рассыпается в комплиментах перед кем-то другим? И это учитывая то, что вчера он всего пару раз с вами заговорил.

— Ещё бы ему было приятно со мной говорить, когда я постоянно напоминаю ему о том, что ему слушать не хочется. Более того, он ужасно танцует, и мне хотелось его позлить. — Принцесса позвонила в колокольчик, призывая служанку. Раз уж она встала, то надо бы и одеться. Тем более что в животе начинало бурчать и хотелось есть.

— Вы что? — ужаснулся юноша.

— Сам виноват. Опозорил мою сестру и думает, я буду ему в рот заглядывать? Пусть он и станет моим мужем, прощение ему всё равно придётся ещё заслужить.

— Но он...

— Успокойся, Вир. — Принцесса серьёзно посмотрела на него. — Хочется кому-то или нет, но свадьба всё равно будет. Не трудно догадаться, что герцог сейчас увлечён мечтой о том, чтобы жениться на Риане. Любой мужчина с жаждой власти, как у него, может только мечтать о том, чтобы взять в жёны жрицу Богини. Но ты сам знаешь, что у Рианы уже есть избранник, а значит, все его старания тщетны.

— Принцесса... — поражённо пролепетал парень.

— Вот пусть и помечтает пока, — сказала девушка, хватаясь за щётку для волос. — А когда он всё осознает, то будет с удвоенной силой льститься ко мне в надежде, что договорённость о нашем браке не расторгнута.

— Но ведь он таким образом унижает вас, принцесса. Вы будете в полном праве отменить свадьбу, даже король ничего не скажет на это.

— А зачем? — пожала плечами Олея. — Я сделаю вид, что ничего не поняла, и выйду за него. Каким бы он ни был, он, прежде всего, хороший правитель и сможет управлять королевством. И, к тому же, человек довольно предсказуемый, так что мне не сложно будет добиться от него того, что будет нужно мне.

— Ох... Он и не догадывается, кого берёт в жёны, — усмехнулся парень.

— Ему нужно было жениться на моей сестре, — немного раздраженно сказала Олея, дёрнув слишком сильно щёткой для волос. — У Келины золотой характер, она была бы мягкой, заботливой женой и строгой, жёсткой королевой. А со мной ему не повезло. Я буду мягкой, заботливой королевой, но строгой и жёсткой женой. Он поймёт, как ошибся, но будет поздно.

От холодного голоса принцессы Вир весь поёжился. Однако не сомневался в способности Олеи вить верёвки из любого мужчины. Не раз он сам мог наблюдать за тем, как суровые воины из стражи буквально на цыпочках перед ней ходили.

И откуда пошла молва, что младшая принцесса глупая и легкомысленная?

Ах да... Он же сам по её приказу распускал этот слух.

Атиша сладко потянулась и повернулась на другой бок. Одна из шкур, которой она прикрывалась, сползла, открывая её гибкое обнажённое тело. Несмотря на то, что в замке у неё была возможность спать на кровати, покрытой пусть и грубо сотканной, но тканью, она всё так же предпочитала меховые шкуры, тем более, она знала, что смотрится среди меха очень соблазнительно.

Приоткрыв глаза, она заметила, что Аккес давно проснулся и стоял посреди комнаты уже наполовину одетый.

— Ты уже? — спросила она сонным голосом. — А я надеялась, что утром мы ещё успеем...

Она окинула его многообещающим взглядом с головы до ног. К сожалению, на нём уже были одеты штаны, но вот верхняя часть тела всё ещё была обнажена. И она залюбовалась его рельефными мышцами и сильными руками.

Аккес повернулся к ней и усмехнулся, заметив её вожделенно закушенную губу.

— Ты просто ненасытная.

— Это всё твоя вина... — вздохнула Атиша и встала, лениво потянувшись. Ничуть не смущаясь своей полной наготы, она подошла к своему мужчине. — Как можешь ты надолго меня оставлять? Вот подожди, найду себе другого любовника.

Она игриво провела пальчиком по его обнаженной груди и, подняв голову, посмотрела на него. Аккес скользнул по ней насмешливым взглядом и потянулся к своей рубашке. Атиша обратила внимание на то, что его улыбка каким-то невероятным образом стала гораздо симпатичней благодаря этому новому шраму. Слегка деформированные губы делали его более... живым.