Он отметил, что одна из девиц, выхватив свои клинки, начала давать отпор. То есть, скорее всего, она одна из женщин-воительниц, которые были редки, но всё же существовали, и, вполне возможно, она поехала как защитница второй. Тут же глянув на другую девушку, он мысленно поздравил себя, потому что та, хоть и был одета в воинский доспех, меч держала неумело. Более того, смотрела на битву со смесью ужаса и паники.

Бросившись к ней, Грок вонзил одному из рыцарей в бок тонкий кинжал, который прошел между звеньями, нанеся серьезное ранение. На бой не было времени отвлекаться, нужно было как можно быстрее похитить девушку и убираться отсюда как можно дальше. Лучше всего, конечно, убить всех остальных, чтобы не было погони, но краем глаза замечая, как гибнут одни за одним его воины, он понимал, что им не выиграть, даже несмотря на численное преимущество.

В стороне что-то вспыхнуло, и под жуткий грохот Грок выругался, осознав, что среди врагов есть и маг, а это ещё больше уменьшало их шансы.

Но тут вдруг ему путь перегородила та самая воительница.

Машинально он занёс руку, чтобы оглушить её или вовсе перерезать горло, так как заметил, что у неё нет ни шлема, ни какой-либо защиты для хрупкой шеи.

Но девушка на удивление ловко увернулась и, проходя под его рукой, нанесла удар во временно беззащитный бок. Однако резкая боль его не остановила. Грок понял, что так просто через эту девчонку не пройдёт. Отскочив в сторону, он выхватил клинок и, не дожидаясь, пока воительница повернётся к нему, замахнулся рукой, целясь ей всё в ту же оголённую шею.

Всё, что он почувствовал в следующий момент, это холод в брюшной полости. Девушка стояла перед ним, присев на одну ногу и вытянув руку в его сторону, опустив голову, он увидел, как её меч торчит у него из живота, пробив прочный доспех. Потом Грок почувствовал резкий удар по затылку и спине. На мгновение он решил, что кто-то напал на него сзади, но потом понял, что ударился сам, так как распластался на сырой земле. А воительница с лёгким сожалением во взгляде подошла к нему ближе и на миг прикрыв глаза прошептала:

— ...благослови Богиня...

Эти слова ударили в него словно молния.

"...постоянно вещать про Богиню..." — фраза эта вдруг отчётливо всплыла в его сознании, пока жизнь медленно покидала его тело.

Как же он ошибся.

Похоже, не только он один. Эта девица хоть и не так юна, как ему описывали, и уж точно не невинна, судя по тому, как его воины падают от её руки. Но он не сомневался, что она именно та, которая им всем нужна была. Знал каким-то непонятным ему знанием.

Веки его стали опускаться, но он упрямо отказывался отключаться и увидел, как Она влетела в саму гущу всё ещё продолжающегося боя, размахивая своими клинками, сеяла смерть всем, кто осмеливался к ней приблизиться. Она сражалась так, словно была самим вестником смерти, но делала это так красиво, что любой был бы рад принять от неё смертельный удар. Её движения были стремительными и сильными, а волосы в свете солнца выглядели, как кровавые всполохи. И, что самое ошеломляющее, лицо её всё это время было спокойным. Ни гнева, ни жестокости... только умиротворённая грусть.

Он не мог не восхититься тем, как воительница буквально танцевала в гуще сражения. Она была так же смертоносна, как неудержимый Аккес, но если при виде последнего кровь стыла в жилах, то на неё хотелось смотреть и смотреть. В этот момент, когда казалось, все мирские заботы должны были его покинуть, одна лишь мысль не давала ему покоя.

Кто она?

Грок не знал, то ли он на время отключился, то ли всё действительно произошло так быстро, но он вдруг понял, что все его воины лежат замертво на земле, а эта воительница стоит и грустно смотрит на их тела. Что-то внутри него сжалось, настолько, насколько могло хоть что-то сжаться в умирающем теле. Но Грок почему-то не чувствовал ненависти к своей убийце — по непонятным причинам он ею восхищался.

Если бы ему в его жизни сказали, что он падёт от чужой руки и предложили выбрать от чьей, он бы без колебаний выбрал именно её. Так что смерть у него получилась достойная.

— Госпожа Жрица, с вами всё в порядке? — словно издалека послышался голос какого-то рыцаря.

"Жрица... Так вот кто ты такая..." — отстранённо подумал Грок, чувствуя, что уже нет сил держать веки открытыми.

Да... достойная смерть...

После того, как бой был окончен, Лекамир понял, что они неплохо отделались, хотя с их стороны было трое погибших и пятеро раненых, двое из которых имели очень серьёзные ранения. Ими сейчас занимался Алекендр, используя какие-то настойки и целебные заклятия.

Погибших же рыцарей отделили от прочих тел и отнесли в сторону от дороги. Хоронить не было времени, так как не известно, всех ли они перебили. Существовала возможность, что скоро прибудет подкрепление, а значит, лучше им сейчас как можно скорее отсюда убраться, чтобы не нарваться на ещё один бой.

Оглядевшись вокруг, рыцарь заметил, как Риана, присев у одного из тел, рассматривает погибшего.

— Я не ожидал, что талемы будут так близко к замку, — сказал он, подойдя к ней ближе.