— Нет... всё так. В том то и дело... Просто ты жрица, и я очень удивился, видя, как ты без раздумий убиваешь людей, пусть и врагов. Я просто знаю, что Богиня за мир, гармонию... красоту. И тут ты, её жрица... ну, ты понимаешь.

Девушка напротив него мягко улыбнулась.

— Мне также покровительствует и Небесный Воин, а он любитель схваток и сражений. Он, конечно, покровитель мужчин, но любит всех, кто силён и смел, а тем, кто удостоился его особого внимания, он дарит удачу и защиту. Ты тоже под его вниманием Лекамир, ты не знал?

Первый рыцарь на миг растерялся. Он, конечно, задумывался о том, что такое возможно, но вот так вот слышать всё это как простой факт... В голове вдруг всплыл один случай, когда на него ещё во времена его странствий напала банда разбойников. Он тогда не просто смог их всех одолеть, но ещё и отделался всего парой царапин.

— Да... но всё же, как сама Богиня относится к тому, что её жрица своими руками несёт смерть? Разве это не грех?

Риана, подперев щёку кулачком, глубокомысленно посмотрела на него.

— Для Богов нет греха, они нейтральны. Грех существует только для людей.

— Я тебя не понимаю... разве боги не гневаются и не наказывают нас, если мы делаем что-то не так?

— Ха-ха! Ещё одно заблуждение. Боги никогда никого не наказывают. Они любят всех и каждого: и праведников, и грешников. Даже самого последнего негодяя они стараются вернуть к свету. Все многочисленные правила и наказания были придуманы людьми и для людей. Кто-то им фанатично следует, кто-то из принципа их нарушает. Но для Богов всё это не важно. Для них есть только одна истина — любить всё вокруг.

— Это, конечно, интересно всё... Но возвращаясь к моему вопросу: как все твои слова соотносятся к тому, что ты убиваешь людей?

— Очень просто, — вновь улыбнулась Риана. — Мир пока не идеален. И не только этот. Люди во многих мирах не живут по высшему закону. И мне, как жрице, приходится приспосабливаться. Ведь почему Боги призывают всех любить друг друга? Потому что существует главный закон мироздания: "С чем пришёл, то и получишь". Мне пришлось отвечать напавшим на нас людям тем, с чем они пришли.

— То есть ты хочешь сказать, что Боги одобряют месть?

— О нет. В том, что произошло утром, нет ни капли мести. Я защищала свою жизнь и жизнь своих друзей. Защищала тех, кто мне дорог, я бы не хотела убивать тех людей, но мне пришлось, потому что не было другого выбора. Их насилие породило насилие с моей стороны. Месть — это совсем другое. Одно дело реагировать на ситуацию, и совсем другое — планировать зло. Кто-то причинил вред человеку и тот начинает раздумывать, как причинить вред в ответ. В данном случае и тот, и другой идёт со злом и зло в ответ получает. По счетам воздаёт не человек, не тот, кто был обижен, по счетам воздает мироздание. А люди должны учиться прощать. Прощать по-настоящему, от чистого сердца.

— Звучит всё красиво, но люди не привыкли спускать обиды.

— Именно потому я и говорю, что вы ещё не живёте по высшему закону. И именно поэтому мы, жрицы, и приходим. Чтобы учить вас этому.

— Извини, — сказал растерянно Лекамир. — Я всё ещё с трудом могу понять, о чём ты говоришь. Каким образом можно проповедовать любовь, раздавая всем тычки и пинки?

Риана рассмеялась.

— Здесь я с тобой согласна. У моих сестёр более миролюбивые способности, мне же с моими мечами придётся искать баланс между защитой и принятием. И я надеюсь, что у меня это получится. И ты ведь мне в этом поможешь?

— Я? — удивился рыцарь.

— Ну, ты же хотел пойти в странствие со мной? Или уже нет?

— Конечно, хочу. — Он улыбнулся и, расслабившись, откинулся назад, уперевшись спиной в брусчатую стенку. То, о чём рассказывала Риана, выглядело для него как красивая сказка, однако сама девушка, похоже, на самом деле верила в то, что говорила. Причём говорила она так искренне, что ему самому бы хотелось во всё это верить. Однако жизнь, которую он вёл, не позволяла ему этого.

Лекамир огляделся вокруг.

Многим из них это было непозволительно. Он посмотрел на своих рыцарей, которые тоже закончили ужин и начали расходиться кто куда. Кто отдыхать, кто на караул. Все они были бравые мужчины, повидавшие на своём веку немало битв, крови и смертей. Временами казалось, что все они огрубели не только телом, но и душой. Но иногда у каждого из них глаза затуманивались горестными воспоминаниями. Тем не менее, никто из них не спешил делиться ими, и дело не только в нежелании показаться перед товарищами слабаком. Просто если они начнут задумываться о том, что их враги такие же люди, это сильно подорвёт моральный дух, вызовет жалость и сострадание и в решающий момент может стоить им жизни.