Казалось, что Валькирия даже не заметила недовольство богини. С летучей мышью на плече, она беспечно пробиралась к помосту в центре вращающегося стола. Когда она приблизилась, дерево исчезло, пропуская её внутрь, а затем снова появилось у нее за спиной, как занавес.

Поднявшись на помост, Никс повернулась к Скади. Все знали, что смотрящий в глаза этой богини, будь он мужчиной или женщиной, ощущает весь страх и сожаление, испытанные её жертвами на протяжении веков; несмотря на это Никс смело встретилась с ней взглядом. Что, казалось, удивило богиню.

Откашлявшись, Скади объявила собрание открытым, и заняла свое место.

— Обойдемся без формальностей, чтобы сократить длительность этой встречи. Мы собрались здесь, потому что Феникс Всегдазнающая ходатайствует о вступлении в наши ряды на божественном пантеоне. — Скади сцепила пальцы. — Расскажи своими словами: Почему мы должны принять тебя в наши священные ряды?

Сверкая глазами и затаив дыхание, Никс сказала:

— Ну, я могу вам продемонстрировать. — Что она и сделала, в то время как Риора уронила лоб на стол. — Я лучшая в стоянии на бочонке. — Никс огляделась в поисках бочонка, собираясь изобразить. — Двое из трех моих родителей являются богами, и я наделена божественной силой.

Скади приподняла бровь.

— Несмотря на твой талант в пантомиме, есть очевидная причина, свидетельствующая против: человеческая кровь. Один из твоих трех родителей был смертным.

— Не похоже, чтобы это могло меня остановить. — Никс указала на себя пальцем. — В конце концов, прямо во время нынешнего Приращения, я организовала смерть Крома Круаха. — Бога каннибализма. — Хмм, Скади, не он ли был проклятием, с которым ты имела дело? Все верно. — Она, как ни в чем не бывало, отряхнула руки. — Рассчитаемся в баре.

В глазах Скади полыхнул огонь, казалось, что пламя поднялось выше по виску. Раскат грома, сотрясший гору, видимо немного успокоил её.

— Богиня оценивается по своей компании. Тем не менее, ты водишься с Лоа, жрицей Вуду, торгашкой, постепенно осваивающей самые темные искусства?

— Лоа предпочитает быть известной как Наемница.

— Ты же понимаешь, какой силой она обладает?

— Могу только представить, — вздохнула Никс.

Обольстительная Ламия заметила:

— Под твоим руководством восстала Ла-Дорада Королева Зла.

— Дора и я что-то типа этого, — Никс широко развела руки. — Сейчас я стану первой, кто отметит, что она не без недостатков. После пробуждения стала такой сварливой. С Дорой так всегда: я-я-я, кольцо-кольцо-кольцо.

— Почему ты возродила её? — требовательно спросила Скади.

— Потому что никто больше не собирался этого делать! — сказала Никс, и наклонилась к прижавшейся к ее уху летучей мыши. Прорицательница кивнула и прошептала: — Встретимся во вспышке молнии. — И с нежностью посмотрела вслед, с визгом унесшемуся прочь, существу.

— Не отвлекайся! — рявкнула Скади.

— Так, о чем это мы? Давайте уже поторопимся. Уже прошло время сна для Бертила.

От дерзости Валькирии у всех челюсти отвисли.

Ни к кому конкретно не обращаясь, Никс сказала:

— И потому что мы будем нуждаться в ней.

— В ком? — спросила Ламия.

— В Доре. — Словно малым детям, она стала объяснять: — Вы спросили, зачем я ее возродила, и я отвечаю на ваш вопрос. — Она прищурилась. — Либо вы все тут пьяные?

— Продолжай, — велела Скади. — Ты заявляешь, что равна по силе богам, рекламируя себя как Всегдазнающую, но даже не можешь найти свою сестру Фьюри.

— Найти? Это типа привести к свету? — спросила она, оставляя членов пантеона ломать голову над ее словами.

Геката сказала:

— Ты занимаешься объединением союзов в Ллоре перед Приращением, помогая бессмертным разных фракций найти пару. Если я правильно понимаю, то в скором времени нас ожидает куча полукровок.

— Грозных полукровок, — заметила Никс. — Вспомните о Королеве Ликанов Эммалин, Королеве Демонов Смерти Беттине и о лидере вашего Дома Ведьм Марикете Долгожданной. Кроме того, у Валькирий слабость к полукровкам в крови, ведь мы рождены от трёх удивительно разных родителей. Думаю, нас должны называть трехкровками. — Подмигнула она.

— Почему ты не покладая рук плодишь полукровок и возобновляешь древние союзы? — спросила Геката. — С каким противником ты собираешься сражаться?

— Мойры [14] , — выдохнула Никс.

Другие богини напряженно подобрались при упоминании Вершащих Судьбы. Они никогда просто так не упоминали Мойр.

Казалось, что Валькирия даже не заметила, какой эффект произвела своими словами.

— Все предпосылки в наличии. Они спускаются к нам. Несмотря на то, что Приращение ограничивает рост числа бессмертных, смертные и боги также должны его бояться.