Ламия предположила:

— Возможно, Никс первой почувствовала их. — Чем вызвала яркие вспышки недовольства.

Пламя Скади росло и росло.

— Ты взяла на себя разработку плана защиты от Мойр? Ты играешь с судьбами всего Ллора, Валькирия!

— Не защиты. Нападения. Зачем вставать со скамейки запасных ради чего-то меньшего? Мне не по вкусу крестьянская лига. Именно поэтому я здесь. Только божество… с ресурсами этого пантеона… сможет объединить все фракции.

— Считаешь, что ты сможешь возглавить движение? Против них?

— Проверим: стенограмма этой встречи. Смотрим: комментарий о крестьянской лиге.

Скади откинулась назад.

— Твои саркастические…

— Многозначительные.

— …ответы тебе не помогут. Ты слишком беспечна в своих деяниях.

От игривого поведения Никс не осталось и следа, янтарная радужка её глаз переливалась, как ртуть.

— Потому что я уже видела результат.

— И какой же он?

— Вы отклоните моё прошение, мотивируя это тем, что у меня должно быть основание… зона влияния, типа специализации. Ведь ты — богиня охоты, Великая-Медведица — богиня оборотней, Ламия — богиня чего-то там.

Когда Ламия нахмурилась, Никс пожала плечами.

— Что вижу, то и говорю. — Затем она обратилась ко всем богиням: — Вы верите, что эта зона влияния должна быть очень важной. С тех пор как ниша предвидения была занята… снимаем шляпу перед богиней Проноя… вы все ожидаете, что я угомонюсь. Тем не менее, когда я раскрою свою специализацию, вы все поймете неотвратимость грядущего.

Скади поджала губы.

— Удиви же нас, Валькирия!

Никс выдержала драматическую паузу.

— Я восстану из пепла прошлого, чтобы стать Феникс богиней… приращения.

В чреве зверя царила, кромешная тьма, лишь самую малость разбавленная зеленым свечением слизи.

Проснувшись, Тронос обнаружил себя, подвешенным в вертикальном положении на фоне непонятно рыхлой поверхности; мясистые щупальца, словно вены, обвивались вокруг его ног и рук.

Каждую вену покрывали сочащиеся углубления; в данный момент, одно из них выпрыснуло на лохмотья, оставшиеся от его одежды, кожу и крылья густую зеленую слизь.

Он ощутил вспышку боли; в воздухе заклубился дымок. Кислота! Пропитанный ядом, гнилостный воздух, обжигал легкие. Тронос вырывался изо всех сил… потребность взлететь возрастала с каждой секундой… но у него не получалось освободиться.

Никс сказала, что на то, чтобы освободить себя и Меланте, у него будет четыре минуты.

Он посмотрел направо. Ланте.

Она была зафиксирована в том же положении, что и он… присоединенная щупальцами к чему-то, похожему на слизистую оболочку желудка, покрытого огромными светящимися гнойниками. Она все еще была без сознания, наверняка уверенная в том, что они находятся в Фивериш.

Кислота разъела ее кожу, и даже большую часть металлического нагрудника. Неподдающееся разрушению драконье золото, висящее у нее на шее, в какой-то степени защищало её.

Рядом с ней лопались гнойники, из образовавшихся язв по ее бледной коже расползалось еще больше щупальцев.

Пожирая ее.

Тронос, с ревом, задергал руками. Когда щупальце, удерживающее правую руку, растянулось, он увидел не меньше тысячи, находящихся без сознания, пойманных в ловушку бессмертных. Казалось, что стены этого желудка простирались на сотни километров вокруг.

В порыве гнева Тронос рванул, опутавшее его руку, щупальце. Тут же когтями полоснул второе. Прежде чем освободить ноги, он оглянулся и посмотрел вниз. В сотнях метров под ним, пузырилась огромная лужа зеленой кислоты, ожидая, когда он свалится. Насколько сильно повреждены его крылья?

Молясь, чтобы они смогли удержать его… и Меланте… он полностью освободился. Рухнул вниз, но сразу же, морщась от боли, распахнул крылья. Стараясь игнорировать вонь, он полетел назад к стене.

Тронос слышал жуткие стоны легиона пленников, но не мог думать ни о ком, кроме своей пары. Никс сказала ему, что стенки этого желудка слишком плотные, и если он попытается прорезать их, то будет одурманен снова раньше, чем сможет выбраться на свободу. Так же она предупредила, что у него будет всего двести сорок секунд с момента пробуждения до того как в воздухе распылится ядовитый туман, который сотрет все воспоминания и отошлет его обратно к самым желанным грезам.

Он оглянулся. На противоположной стенке желудка разбухало круглое уплотнение, диаметром не менее трех метров. Туман будет распылен оттуда?

Время на исходе! Их единственная надежда — портал. Тронос подлетел к Меланте.

Он сожалел, что ему придется разбудить её в этом проклятом месте… ходили слухи, что некоторые Ллореанцы, столкнувшиеся с подобным ужасом, никогда уже не могли восстановить свои способности… но у него не было выбора.

Схватив одно из, обвившихся вокруг ее руки, щупальцев, он полоснул когтями по эластичной поверхности и отшвырнул сочащийся кислотой конец прочь от ее тела.