Темные Небеса
вернуться

Коул Кресли
Шрифт:

Когда он повернулся спиной к дальнему краю острова, Меланте обняла его сильнее, впиваясь когтистыми перчатками в кожу.

Он начал разгоняться, выжидая до последнего

С ревом он взмыл вверх. Завис в воздухе. Спустя три удара сердца, он осознал, что не сможет ничего сделать при таком встречном ветре.

Слишком близко, слишком близко.

«Мы собираемся искупаться, Врекенер!»

Когда из воды показался зеленый змей, Тронос заработал крыльями так сильно, как только мог, чтобы достичь его спины. Ха! Нацелившись для посадки на змея, он справился идеально.

Он приземлился, когда чудовище ударило. Толчком их отшвырнуло к одной из скал, словно они были запущены с тридцати тонного трамплина.

Тронос взмахнул крыльями, борясь с потоком встречного ветра. Склон горы, постепенно вырисовываясь, стремился им навстречу.

Ему показалось, что он увидел небольшой вход в пещеру среди двух потоков лавы. Сможет ли он попасть в столь крошечную цель? Это огромный риск! Он попытался скорректировать направление движения крыльями: вниз и влево.

Вниз и налево, вниз и налево.

Налево, налево!

Они пулей влетели в отверстие. Взмахивая крыльями, он выпрямил ноги и ступнями коснулся земли.

Импульсом его отшвырнуло к задней стене пещеры; он завернулся на бок, отклоняясь, ступни скользили в сторону по пыли.

Они остановились в дюймах от стены.

Глава 13

Ланте была уверена в скорой смерти, что от толчка они врежутся в склон горы или разобьются, или искупаются в лаве.
Тронос же попал в яблочко, и они проскользнули внутрь пещеры. Она отодвинулась от его груди.
«Ладно. Это был очень крутой маневр. Как вдеть нитку в иголку».
Ей показалось, что нахмуриться и посмотреть на нее сверху вниз, заняло у него на секунду больше времени, чем обычно. Тронос поставил ее на ноги, поддерживая за плечо своей большой ладонью.
«Спасибо».
Он отдернул руку, словно разозлившись на себя. Затем он отвернулся и начал осматриваться.
Благодаря свету от потоков лавы снаружи пещеры, освещения хватало для того, чтобы даже Ланте могла отчетливо видеть. Каждая стена пещеры была гладко обтесана, словно задумывалась, как холст для множества выгравированных иероглифов. Свод поддерживали колонны, из стены напротив выступала каменная полка, а все вокруг было покрыто слоем пыли.
Она и раньше видела древние руины. Но эти казались такими старыми, что все остальные на их фоне выглядели техно.
Тронос исследовал периметр, периодически останавливаясь и принюхиваясь. Ланте готова была отдать что угодно, чтобы получить себе такие же обостренные органы чувств, как у него. И силу, решила она, увидев как он, словно спичку, сдвинул со своего пути упавшую колонну.
— Так ты понятия не имеешь, почему мы оказались здесь? — спросил Тронос.
Покачав головой, она пошла следом за ним. В дальнем левом углу пещеры, она различила нечто, заставившее крошечные волоски на ее затылке встать дыбом. Было только одно чувство, развитое у нее лучше, чем у Троноса: распознавание зова золота.
Все же, казалось, что стена глухая. В поисках двери она исследовала некоторые символы, смахнув с них пыль. Немного поковыряла отметины когтем перчатки, но так ничего и не нашла.
Отойдя от стены, она жадно оглянулась. Возможно, в скале есть огромная золотоносная жила, еще неразработанная в этой адской сфере.
Эта мысль ее разочаровала. Сейчас, когда адреналин от побега пошел на спад, у нее начала от усталости и кровопотери кружиться голова. Регенерирующий язык вызывал волны боли во рту и голове.
— Ты знаешь, что обозначают эти метки, чародейка?
В Роткалине она изучала демонический, по крайней мере, имела хоть какое-то представление о нем, но эти символы распознать не могла.
«Быть может это ранний Пандемонийский? Или своего рода устаревший Демонический?»
Выглядя еще больше встревоженным, Тронос запустил пальцы в густые волосы. Что-то в этой пещере будоражило его.
— Ты думаешь, я поверю в то, что дверь в Пандемонию была открыта случайно?
«Мы могли попасть куда угодно, в любую точку мироздания. Поверь, могло быть гораздо хуже».
— Хуже чем Пандемония?
«Безусловно». — Чужие сферы бывали до некоторой степени опасными, зачастую даже смертельными, только бессмертные могли выжить там.