— Пожар на вашей ферме имел магическую природу, и ты об этом знаешь, не так ли? — сказал Александр.

— Теперь знаю — вы сказали мне об этом на допросе, — ответила Ванесса. — А раньше не знала.

Глаза Александра превращаются в щелочки.

— Ты уверена в этом? — спрашивает он.

— Не знаю, какого ответа вы от меня ждете. Но лгать я не собираюсь. Я ведь знаю, что со мной иначе будет.

Александр подходит к ней. Он в бешенстве. Вот-вот произойдет взрыв.

«Давай! — думает Ванесса. — Останешься в дураках на глазах у всего Совета, на который ты так хотел произвести впечатление».

— Вы экспериментировали с магией без позволения Совета?

— Нет.

— Она лжет! — Александр поворачивается к судьям. — Я не знаю, как она это делает, но она лжет!

— Достопочтенные судьи! При всем уважении к вам, я с самого начала говорила, что этот процесс окажется пустой тратой вашего драгоценного времени. Вы видите сами, что Анна-Карин не виновна. Вы также видите, что обвинитель Эреншёльд оскорбляет мою подзащитную, пытаясь добиться подтверждения собственных необоснованных теорий. Я обращаюсь к вам с просьбой объявить обвинение недействительным.

Динозавры на сцене повернулись друг к другу и начали перешептываться. Затем женщина в красном костюме посмотрела на Александра.

— Мы должны признать, что дело приняло неожиданный оборот, — сказала она пронзительным голосом. — Но суд продолжается. У защитника есть вопросы к обвиняемой?

— Нет, господа судьи, — ответила Адриана. — Не вижу в этом необходимости.

— Тогда я вызываю свидетеля Иду Хольмстрём, — заявил Александр и зло посмотрел на Ванессу. — Ты можешь сесть на свое место.

Ида смотрит на заделанные окна. Интересно, на улице уже стемнело? Здесь, в зале суда, время как будто перестало существовать.

Линнея сидит на свидетельском месте. Все остальные Избранницы уже дали показания. У всех допрос прошел гладко. Включая Мину.

Настроение публики заметно изменилось. Члены Совета, сидящие в зале, утомились. Судьи выражают нетерпение. От этого Александр все больше нервничает. Плюется вопросами. Виктор с пустым взглядом сидит на скамье обвинителей, как будто не может поверить в случившееся.

Мину поняла, в чем дело. Во время обмена телами произошло своего рода короткое замыкание, лишившее их магических способностей. Они на время лишились магических сил, которые могли бы быть направлены против них.

— Спасибо, Ванесса, — наконец произносит Александр. — Можешь занять свое место.

Линнея встает и проходит на свое место рядом с Мину, чуть не задев Александра.

Александр возвращается к Виктору, и они что-то обсуждают.

Один из стариков за судейским столом кашляет. В притихшем зале этот звук кажется громким лаем.

— Достопочтенные судьи, — заявляет Александр. — Я хочу допросить еще одного свидетеля.

Седоволосая женщина, сидящая в середине, раздраженно смотрит на него.

— Давайте, только быстро, — говорит она.

Александр кивает:

— В качестве свидетеля вызывается Адриана Лопес.

Мину подскакивает как ужаленная. Адриане все известно. И она не сможет лгать!

В зале заскрипели стулья — члены Совета пробудились от сна, усаживались поудобнее, возбужденно переговаривались.

Мину и в голову не приходило, что их защитник тоже может предстать перед судом в качестве свидетеля. Она с ужасом смотрит на Адриану.

Но Адриана с невозмутимым видом выходит и садится на свидетельское место. Спокойно смотрит в зал. Ждет.

— Являетесь ли вы Адрианой Лопес, которая была послана Советом в Энгельсфорс, чтобы прояснить ситуацию с пророчеством об Избранных?

— Да, — ответила она, глядя в глаза брату.

— Намерены ли вы говорить правду на этом процессе?

Анна-Карин хватает Мину за руку, и Мину даже через кофту чувствует, какие у нее длинные ногти.

— Осенью вы сообщили Совету, что подозреваете, будто Анна-Карин злоупотребляет своей магической силой, несмотря на предупреждения Совета. Это так?

— Так.

— Значит, Анна-Карин солгала Совету?

— Нет, — ответила Адриана.

Оказывается, все это время Мину забывала дышать, и сейчас она тоже боялась перевести дыхание, чтобы судьи не приняли его за вздох облегчения.

Александр стоит к Мину спиной, но его жесты предельно ясны. Он хватался за соломинку. Это был его последний шанс, и он его упустил.