– Сутулый, прикрой, – крикнул он своему товарищу.

Прикрыть командира общинник сумел только ценой своей жизни. Выстрелом из карабина Сутулый разнес череп ближайшему тираннозавру, но гигант, уже издыхая, сумел достать его задней лапой. Буров вставил новый диск и открыл огонь. Он словно обезумел от потерь и теперь без страха шел прямо на монстров, оставляя за собой огромные туши поверженных гигантов. Наверное, это было жуткое зрелище, во всяком случае, Феликс опомнился только тогда, когда вместо зубастой морды хищника увидел перекошенное бешенством и страхом лицо Скорохода. Общинник что-то кричал ему в правое ухо, но Буров, оглушенный грохотом пулемета, не сразу расслышал его слова:

– Десантник атакует!

Судя по всему, Щербак подоспел на помощь людям Кузнеца как раз вовремя. Полсотни его людей выдали такой мощный залп из карабинов, что крик аборигенов за спиной стих почти мгновенно. Феликс увидел Лань, спускающуюся с горы вместе с десятком амазонок, и окончательно пришел в себя:

– Где дети?

– В пещере, – коротко бросила женщина. – Никто из них не пострадал.

– А где Марианна?

– В Западном форте.

– Но ведь вас атакуют с востока? – удивился Буров.

– Нас атакуют с двух сторон, – крикнула Лань. – В восточном форте была Медведица, но ей не удалось его удержать. Великая Мать отвернулась от нас!

– Успокойся, – ободряюще похлопал ее по спине Феликс. – Мы здесь, а значит худшее уже позади.

Восточный проход в ущелье Буров видел, когда исследовал вместе с Лавальером Новую пещеру. Тогда они прошли по горной тропе едва ли не до самого края хребта и даже увидели узенькую полоску моря у горизонта. Форта амазонок они не разглядели, но, видимо, он там все-таки был, что, однако не спасло женщин от решительной атаки аборигенов.

– Много женщин ушло с Медведицей?

– Двадцать, – неожиданно всхлипнула Лань. – Еще пятнадцать обороняло Восточный форт. Мы не ждали атаки с той стороны. Ведь аборигены сначала напали с Запада. Там до сих пор дерутся. Их много! Тысячи! И целая стая тираннозавров с ними.

Буров вышел за ворота поселка. Десантник и Кузнец со своими людьми преследовали бегущих аборигенов. От полутысячной орды осталась жалка горстка. Феликс достал из-за пояса ракетницу, подаренную Лумквистом, и выстрелил. Общинники правильно поняли сигнал и остановились. Буров поднес рацию к губам и передал Десантнику и Кузнецу приказ вернуться.

– Почему? – уточнил Бонек.

– Долину атакуют с запада.

Кузнеца с его людьми Феликс оставил в полуразрушенном поселке. Станислав должен был заминировать все подходы к нему и в случае нужды не жалеть динамита. Опасность атаки с востока казалась Бурову маловероятной, зато на западе разгорался нешуточный бой. Марианна по рации взывала о помощи, и Феликс повел к ее форту своих людей. Долина амазонок, как и долина Кабана, была рассечена на две части ручьем Быстрым. Вот только ее восточная часть, переходящая в ущелье с каменистым дном, была гораздо меньше западной. Через ручей был переброшен мост, довольно хлипкий, надо признать. А сам форт располагался в пяти километрах от поселка практически на голой равнине и не был даже обнесен рвом. С этой стороны долина вообще была плохо защищена. Собственно аборигены могли обогнуть деревянную цитадель амазонок и продвинуться к поселку, но, видимо, не рискнули оставлять у себя за спиной вооруженных людей. Впрочем, с десяток тираннозавров уже проникли в долину, и их пришлось уничтожать на ходу. Для разгоряченных боем общинников это не составило особого труда. Той же участи подвергся и отряд аборигенов в полсотни человек, кравшийся вдоль кромки хвойного леса. Их просто забросали гранатами, не дав ни единого шанса для бегства.

Западный форт был окружен практически с трех сторон. С четвертой его защищала гора, поросшая у подножья густым кустарником, где засели десяток амазонок. Под прикрытием этой горы общинники во главе с Буровым и Десантником сумели добраться до Западного форта. Весьма солидного сооружения, в три яруса, способного вместить, по меньшей мере, две сотни человек. Первый ярус форта, который следовало бы назвать цитаделью, был сложен из камней, плотно пригнанных друг к другу. Второй и третий – из стволов кипариса. Ни ворот, ни дверей в первых двух ярусах форта не имелось. Проникали в него через третий ярус, куда с горы вел плетеный из прутьев хлипкий мостик. В случае крайней необходимости этот мостик можно было разрушить, сильно осложнив тем самым атакующим жизнь. Первым делом Буров осмотрел местность перед фортом, она была буквально завалена телами убитых аборигенов и тушами животных. Цитадель, обороняемая сотней амазонок, оказалась слишком крепким орешком для нападавших.

– Они бросают на нас сначала тираннозавров, а потом бегут за ними следом, – просипела обрадованная подоспевшей помощью Марианна. – У нас кончаются патроны, а их становится все больше и больше.

– Неужели хищники их слушаются? – удивился Щербак.

– У аборигенов в плену несколько десятков общинников. Они выпускают людей в чистое поле, а те бегут в сторону форта. Хищники устремляются вслед за ними и пытаются взломать стены. Бревна с левой стороны пока еще держаться, а справа третий ярус практически разрушен. Зверей слишком много, мы не успеваем их уничтожать. Сейчас аборигены скапливаются за горою, а тираннозавры бродят у кромки гинкгового леса. Там их больше сотни.

Бинокль, взятый несколько лет назад из потерпевшего аварию вертолета, позволил Бурову вдоволь налюбоваться грозными хищниками. Такого количества ящеров, собранных в одном месте, Феликсу видеть еще не доводилось. Кем бы ни были эти аборигены, но повадки животных они изучили, видимо, в совершенстве. Странно только, что грозные хищники не нападали на своих коварных союзников, всегда готовых воспользоваться плодами их усилий.

– Говорят, что аборигены делают мазь из какой-то травы, и ее запах отпугивает хищников, – пояснила Марианна. – Но, думаю, дело здесь не только в запахе. Этим обезьянам помогают демоны с острова Мертвых.