Его рука удержала ее лицо на расстоянии:

— Проси! — жестко потребовал он.

Она жалобно взглянула вверх на него:

— Ну, пожалуйста, — шепнула она.

Он с улыбкой ослабил свои руки, позволив ей взять его в рот, а сам дотянулся до ящика комода и достал оттуда пузырек с кокаином. К пробке была приделана маленькая ложечка на цепочке. Он умело зачерпнул нужное количество порошка и вдохнул в каждую ноздрю. Поглядел на нее.

— Теперь твоя очередь, — сказал он.

— Я и так счастлива, — сказала она, целуя его и облизывая тестикулы. — Мне не надо.

Он потянул ее за волосы, запрокидывая голову назад:

— Сука белая! — Поставил ее на ноги, зачерпнул порошка и поднес к ее носу: — Делай, как тебе говорят. Втягивай!

Она потянула носом, и порошок всосался в ноздрю. В ту же секунду он зачерпнул еще дозу и поднес ложечку к другой ноздре. На этот раз она вдохнула без лишних слов. Почти сразу ощутила в носу легкое онемение, затем порошок словно порох взорвался в ее гениталиях.

— Боже! — воскликнула она. — Жуть! Я кончила, только вдохнув это.

Он засмеялся.

— Ни хрена ты еще не знаешь, беби. Я тебе покажу кое-какие штуковины, которым научил меня папаша.

В следующий момент они уже голые были на кровати, и она хохотала. Ей никогда не было так хорошо. Он набрал еще дозу порошка и втер его себе в десны, заставив ее сделать то же самое. Затем стал лизать ей соски, пока они не намокли от его языка; припудрил их слегка порошком и принялся обрабатывать ртом и пальцами.

Она никогда не ощущала, чтобы они так увеличились и затвердели. Еще немного и она почувствовала, что грудь у нее вот-вот взорвется от неимоверного наслаждения. Она застонала, извиваясь всем телом.

— Бери меня, — истово прохрипела она. — Делай…

— Еще рано, — усмехнулся он. — Мы только начинаем. — Он загнул ей ноги назад и напудрил коком клитор, потом положил голову между ее ног.

Через мгновение она завыла и завизжала так, как никогда еще не визжала и не выла. Каждый оргазм, казалось, уносил ее все выше и выше на неизведанные доселе высоты сладострастия. Она потянулась вниз к его фаллосу и, найдя его, изогнулась в три погибели, чтобы только взять его в рот. Стала жадно сосать. Ей хотелось проглотить его весь живьем, удушить им себя до смерти, этим громадным и упоительным инструментом.

Неожиданно он отстранил ее. Она уставилась на него в недоумении, почти не в силах дышать. Он стоял на коленях у нее между ног, его фаллос навис над нею. Он взял пузырек и запудрил блестящую влажную головку так, что она побелела, как от сахарной пудры. Потом широко раздвинул ей ноги и медленно вошел в нее.

Дыхание у нее сперло. Словно он достал до легких, распирая все внутри. На мгновение ее охватил страх, что не сможет принять его. Но потом он весь вошел внутрь и на миг стал недвижим. Легкое покалывание стало проникать ей в живот. Он начал тихо двигаться, сперва очень осторожно, длинными ровными качками, затем стал постепенно ускорять темп, покуда не начал вколачивать в нее член, будто сваю.

Она слышала себя где-то вдалеке, взвизгивающую от каждого очередного оргазма, раздиравшего ее надвое. Так она еще никогда не кончала. Никогда. Она, всегда считавшая, что такое половое возбуждение бывает только в разговорах или в книгах. Своего рода игра, назначением которой было скрыть свои чувства. И если даже это было правдой, то она чувствовала, что это нечто лежавшее за пределами ее способности ощущать. Для нее секс был ее триумфом над мужчиной; какое бы то ни было удовлетворение бывало лишь от случая к случаю. Но тут было нечто совсем иное. Сейчас ее употребляли, ее удовлетворяли, она отдавала, она брала, ее до отказа заполняли наслаждением.

Наконец она была исчерпана до дна.

— Стоп! — закричала она. — Умоляю, стоп!

Его тело опустилось на нее; внутри нее он оставался тверд. Она смотрела на него. В тусклом красном свете тонкая пленка пота покрывала его лицо, и грудь отливала медью. Белозубо сверкала улыбка.

— Как себя чувствуете, белая леди? Нормально?

Она слегка кивнула.

— Ты кончил?

— Нет, — сказал он. — Это единственное, чего папаша мне не объяснил. Сделай так, чтобы леди была счастлива, и этого вполне с тебя хватит, так он говорил.

Она долго смотрела на него, затем вдруг ни с того ни с сего заплакала.

Он посмотрел, потом ни слова не говоря встал с постели и подошел к раковине. Наклонился, развернул бидэ из-под раковины и включил воду. Выпрямился и сказал:

— Надо дать ей побольше стечь, если хочешь, чтобы пошла горячая вода.

Открыл шкафчик над раковиной, достал полотенце и губку и повесил их на водопроводной трубе. Попробовал пальцем воду.

— Для тебя все готово, — сказал он. Она молча посмотрела на него. — Ты же говорила, у тебя всего час времени, верно?