Внезапно она оказалась на пересечении тропы с главной дорогой к Цитадели. Магда опасалась, что отряд, возможно, уже прошел его. Она боялась опоздать.

Стоя посреди перекрестка, глотая воздух, чтобы перевести дух и тщетно пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте, Магда услышала в отдалении чью-то речь – глухие голоса и обрывистый смех. Она вздохнула с облегчением: они спускались по этой дороге к городу.

Магда бросилась по дороге вверх, в сторону Цитадели, к резкому повороту, где дорога сужалась. Она хотела занять такую позицию, которая не позволила бы им рассредоточиться и окружить ее. Голоса звучали все ближе.

Магда выбрала как будто бы подходящее место, во всяком случае лучшее из того, что удалось найти впопыхах. Там она поставила фонарь посреди дороги, развернув так, что закрытая дверка смотрела в сторону приближающихся людей.

Магда даже не пыталась задуматься о том, насколько разумен ее скоропалительный план, потому что другого плана у нее не было. Сейчас она не могла придумать ничего иного, а кроме того, у нее просто не осталось времени. И выбора.

Если ничего не получится, она, скорее всего, умрет. А если не рискнет, все они неминуемо погибнут.

Она присела за фонарем, ожидая. Сердце отчаянно билось, сжавшись в комок где-то в пятках.

Магда вскользь подумала, что нужно быть безумной, чтобы решить, что это хороший план. Но у нее не было выбора. Либо у нее получится, либо они все так или иначе умрут.

Она уже слышала приближающийся хруст гравия под сапогами мужчин, выходящих из-за поворота в нескольких минутах ходьбы ниже по склону. Они шли молча. Она их не видела. Только хруст гравия подсказывал ей, где они находятся.

Сочтя, что группа подошла настолько близко, насколько она собиралась им позволить, Магда распахнула дверцу фонаря. Свет упал на десяток изумленных лиц. Все заморгали от внезапного света. Это была не внутренняя гвардия. Они были в зеленых мундирах личной армии Лотейна, как она и ожидала.

Сама Магда держалась в нескольких шагах позади фонаря, чтобы оставаться в темноте, не позволяя себя увидеть.

В свете фонаря, когда несколько здоровяков рассредоточились, занимая оборону, она заметила посреди этой группы Мерита.

Его шею обхватывал железный ошейник; спереди из него торчал короткий железный стержень. Руки Мерита были прикованы к концу этого стержня. Лодыжки соединяла цепь, не очень короткая, но не позволяющая бежать.

По его лицу текла кровь. Похоже, он с трудом удерживался на ногах.

Магда собрала всю свою ярость. Это оказалось совсем не сложно.

– Вы окружены, – произнесла она громко, четко, приказным тоном. – Отпустите пленника – или все вы умрете.

Один из мужчин шагнул вперед. При свете, падавшем из открытой створки ее фонаря, она увидела, что это не воин. Он был одет в простую мантию. Черты лица портил мрачный взгляд. Хотя было темно, ей показалось, что она видит в его глазах признаки магического дара.

Когда он поднял руку и над его ладонью засветилось пламя, Магда поняла.

Волшебник.

– Магда Сирус? – спросил он. – Магда Сирус, это вы?

Человек в мантии стоял всего в нескольких шагах от нее. Магде доводилось видеть его раньше, среди тех, кто проводил исследования на нижних уровнях Цитадели. Она не знала его имени, а вот он ее знал. Вероятно, потому, что когда-то, когда они были вместе, Барах ненадолго останавливался поговорить с этим человеком, как часто беседовал со многими волшебниками. Многие люди знали ее, жену Бараха, ведь их видели вместе, но она не знала имен всех тех, с кем разговаривал ее муж.

– Отпустите его – и будете жить, – заявила она. – Вы окружены. Делайте, как я говорю, а иначе все умрете. Я не буду повторять дважды.

Воины с беспокойством вглядывались в окружающую тьму.

Ненадолго наступило молчание, затем хмурый волшебник сердито проговорил:

– Я не чувствую никого, кроме вас. Вы здесь одна. С вами никого нет.

В свете фонаря она разглядела усмешки воинов.

Почти не задумываясь, Магда сунула руку под плащ и крепко обхватила рукоять меча. Слово «Истина» впечаталось в ее ладонь. Благодаря возникшему контакту ей показалось, будто что-то шелохнулось и начало оживать. Казалось, это ощущение исходило не от меча и не от нее, но проявлялось через их связь.

В этом она ощутила обещание чего-то мощного и беспощадного.

Вдруг волшебник махнул рукой в ее сторону. При свете фонаря Магда увидела, как всколыхнулся воздух.

Она просто метнулась в сторону и извлекла меч, позволив сгустку силы пройти мимо.

Клинок прозвенел – чисто, ясно, наполняя ночной воздух угрозой неминуемого насилия.

Когда он обнажился, Магда ощутила бурный поток силы, льющейся в нее из рукояти. Сила заполнила ее без остатка, и тело заныло от жажды действия. У Магды перехватило дыхание.