— Тогда увидимся, — говорю я Ноа, отчего мальчик улыбается.

Я встаю и делаю несколько шагов к Джози. Я стою ближе, чем должен, тем более, Ник находится в доме. Я наклоняюсь, мои губы скользят по ее щеке.

— Тебе очень понравится поездка, обещаю, — шепчу я ей на ухо. Как бы мне ни хотелось увидеть ее реакцию, но прикосновение к ней меня убивает. Я отстраняюсь как можно быстрее и возвращаюсь в дом.

Я завожу мотоцикл, увеличивая число оборотов двигателя, чтобы она получила представление о том, что ее ждет завтра, и уезжаю. Ее запах остается на моей коже, заполняя шлем. Не знаю, как я выдержу то, что завтра Джози будет сидеть сзади на моем мотоцикле, но это будут мои пять минут блаженства.

У меня потеют ладони.

Я поглядываю на часы.

Минутная стрелка движется ужасно медленно. Каждое тиканье эхом разносится в магазине. Я отправила Дженну домой, потому что она смеялась надо мной, а это не смешно. Я бы позвонила ему и сказала, что дойду домой пешком, но у меня нет его номера, и я не могу позвонить в справочный стол, чтобы спросить чертов номер Лиама Пейджа.

Они посмеются надо мной, как и Дженна весь день. А еще, возможно, начнут кудахтать, потому что в справочном столе обычно сидят старухи, которым нечем заняться, кроме как ставить таких, как я, в неловкое положение, когда у них спрашивают что-то совершенно глупое.

Боже. Я как будто снова вернулась в среднюю школу.

Каждый раз, когда я слышу на улице мотоцикл, то подбегаю к окну, но стоит Дженне прыснуть от смеха, как я начинаю что-то притворно поправлять. Сегодня я ее ненавижу.

В сотый раз я вытираю руки о джинсы. Он здесь появится с минуты на минуту, и я скажу ему, что не поеду с ним, потому что у меня нет шлема и всего необходимого, а даже если бы и были, то я не сяду на эту гиблую штуковину. Чтобы оставить себе Ноа, он может меня убить. То есть, это же кажется логичным, да?

Звенит дверь, и прежде чем я успеваю повернуться и поприветствовать покупателя, я чувствую его одеколон. Я делаю глубокий вдох, а потом разворачиваюсь. Не знаю почему, но все это похоже на свидание, хотя им не является. То есть, я помолвлена с другим мужчиной, и мы собираемся пожениться, и я не могу встречаться с Лиамом, независимо от нашей истории. Мне нужно выключить мозг.

Когда я, в конце концов, останавливаю на нем взгляд, то вижу, что он восхитителен, все его сто восемьдесят сантиметров. На нем не черная привычная мне кожаная куртка, и уже в который раз я снова гляжу на его руки. Мой взгляд блуждает по его левой руке, а потом правой. Мне хочется протянуть пальцы и водить ими по чернилам. Моему сердцу хочется знать, больно ли это, хочет ли он сделать еще.

Он позволяет мне смотреть на него, поглощать, и я осознаю, что это может быть последний раз, когда я вижу его. Он может не захотеть рассказывать Ноа, что он его отец. Черт, он может даже не захотеть знать о Ноа после этой поездки. Не уверена, что хочу этого.

— Ты готова ДжоДжо?

Мое сердце воспаряет, хотя и не должно. Я обязана сказать ему, чтобы он меня так не называл, но не могу. Он следит за каждым моим движением, ожидая, что я сорвусь на него.

— Я могу дойти пешком, — мямлю я.

Лиам закатывает глаза и качает головой. Когда он тянется к моей руке, я позволяю ему взять ее. Как только он до меня дотрагивается, по моей коже будто пролетают тысячи бабочек. Уже многие годы я не испытывала ничего подобного. Я делаю к нему два шага, оставляя небольшое пространство между нами. Через несколько коротких минут я буду прикасаться к нему и, возможно, не смогу остановиться.

Мой разум затуманен, но чувства должны остаться ясными. Я напоминаю себе, что я помолвленная женщина. Мужчина передо мной, этот сексуальный красавец, который держит меня за руку, как будто делал так множество раз, — тот же самый мужчина, что разбил мне сердце.

Как только мы выходим на улицу, он отпускает мою руку. Мне хочется потянуться за ним, но я знаю, что это неправильно. Он держит в руке шлем и улыбается, показывая его мне.

— Я купил его для тебя, — говорит он, прежде чем нацепить его мне на голову. Он все еще улыбается, поправляя мои выбившиеся волосы. Я тоже улыбаюсь, но он меня не видит. — Где ты живешь?

Я говорю ему свой адрес и наблюдаю за тем, как он перекидывает ногу и садится на мотоцикл.

— Положи руку на мое плечо и перекинь ногу.

Я так и делаю. Как только я усаживаюсь на место, он надевает шлем и заводит мотоцикл. От вибраций у меня по спине пробегает дрожь, и теперь я знаю, почему женщины любят мужчин с мотоциклами.

Он тянется назад и оборачивает мои руки вокруг своей талии. Мой живот прижимается к его спине, и именно так я себе все и представляла. Я кладу подбородок, насколько возможно, на его плечо и чувствую, как его тело расслабляется, а потом мотоцикл срывается с места.