Ты думаешь?
– усмехнулась Валерия и выдернула руку.

Олег как-то сразу остыл. В прищуренных глазах Валерии он прочитал стальную решимость. Ещё ни разу в жизни он не встречал такой женщины. От взгляда, каким она на него посмотрела, веяло жутким холодом.

Ты спас мне жизнь, - сказала она.

Мы в расчёте, - буркнул он и, чтобы унять дрожь в пальцах, засунул их в карманы.

Буду с тобой откровенна до конца. Так как ты тоже жаждешь его смерти, то я, пожалуй, предоставлю тебе возможность полюбоваться на его труп. Ведь даже если ты узнаешь, что он мёртв, у тебя всё равно останутся сомнения, не так ли?
– На её лице заиграла какая-то дьявольская улыбка.
– Как говорится, лучше один раз увидеть.

Делай что хочешь, но я тоже не буду сидеть сложа руки.

О, это произойдёт гораздо быстрее, чем ты думаешь. Гораздо быстрее!

С этими словами она повернулась и скорым шагом, почти бегом, направилась к автомобильной стоянке. Олег смотрел ей вслед, пока она не села в машину.

Глава 12

Николай Петрович, ну поглядите, у него опять стекло в голове!
– воскликнула Лена, наклоняясь над пораненной головой Беляева.
– Уже второй раз возвращается со стеклом!

В прошлый раз ты об витрину головой ударился, а что на этот раз?
– спросил башмачник, укоризненно глядя на Беляева поверх очков.

Олег молчал. Ему было мучительно стыдно. Он причиняет беспокойство хорошим, добрым людям, вносит дискомфорт в мир их уютной квартиры, но что он может сделать, коли так выходит? Снять себе комнату? Но у него нет таких денег.

Судьба, наверно, у меня такая - попадать в разные передряги, - выдавил он со вздохом.
– Не виноват я, Николай Петрович. Всё случайно вышло...

Сегодня ты ночевать не приходишь и возвращаешься весь в крови, а завтра, глядишь, милиция за тобой явится!

Придётся срезать волосы, а иначе не получится, - сказала Лена и, не получив от Олега ответа, взялась за ножницы.

Он застонал сквозь сжатые зубы, когда она пинцетом выдернула у него из кожи головы стеклянную занозу. Ещё больнее стало, когда она смазывала это место йодом.

Он покосился на полированную дверцу буфета, в которой отражалась его искромсанная голова.

В немногих словах он рассказал, как вечером на тёмной улице двое крутых попросили у него прикурить, а он ответил отказом. Они саданули по плечу свинчаткой и ещё бутылку об голову разбили. В качестве доказательства он продемонстрировал огромный красно-лиловый синяк, расплывшийся чуть ли не по всей верхней половине груди.

Лена от ужаса всплеснула руками, а башмачник произнёс:

Вот как гулять в такую поздноту! Не те нынче времена. То ли дело раньше... Помню, бродили мы по Ленинским горам всю ночь напролёт...

Пока он предавался воспоминаниям, Олег устроился на диване и закрыл глаза. Не говорить же, в самом деле, что столкнулся с убийцей Андрея. Это вызовет вопросы, отвечать на которые не было никакой охоты.

Олег сделал вид, что заснул. Сквозь щель в ресницах он наблюдал за Леной. Она сидела, сложив руки на коленях, и смотрела на него. Во взгляде её больших зелёных глаз сквозила боль. Он понимал, что она волнуется за него. Ему было стыдно и в то же время приятно. Если волнуется, значит, он ей небезразличен.

Николай Петрович ушёл на кухню. Олег пошевелился, слегка меняя положение. Заныло плечо, и он сморщился от боли. Лена встрепенулась и подалась ему навстречу.

Ничего, всё нормально, - прошептал он.
– Посиди рядом.

Хорошо, - ответила она.

Он не мог сдержать улыбки. Да, он ей небезразличен. Захотелось, чтобы она всё время сидела рядом. Незаметно для себя он погрузился в сон.

В полдень на даче Картавого зазвонил телефон.

Боря, это я, - услышал он знакомый женский голос и досадливо поморщился.
– Звоню с того света!

Ладно, Валерия, давай говори, что надо. А насчёт того света - ошибка вышла. Я дал задание только по одному Сопиле.

Серьёзно?
– Голос Валерии ясно говорил о том, что она ему не верит.
– Ну вот что, Картавчик, мозги ты мне не дури, а слушай сюда. Сопила перед смертью мне всё рассказал. И про инкассаторов, и про Гену, и даже про то, сколько ты на этом наварил.

Валерия замолчала, дожидаясь его реакции.

Старый вор тяжело сопел в трубку.

Чего ты хочешь?
– спросил осторожно.

Есть у меня желание рассказать об этом Кисе.

Сделаешь большую глупость.

А что же, по-твоему, мне остаётся? Сидеть и ждать твоего красавчика? Твоего ангелочка смерти?

Мы могли бы договориться. Но это не телефонный разговор. Давай где-нибудь встретимся.

Неохота мне с тобой встречаться, Картавчик. И разговор у нас может быть только один. Чтоб я на тебя не стукнула Кисе, ты выдашь мне ангелочка. Можно ещё тёпленького.

Картавый промолчал. Валерия требовала от него голову Штрупа. Но Гена и его парни - единственная группировка, которую реально контролировал старый вор. Расставаться с ней в планы Картавого никак не входило.