А с другой стороны, и с Кисой ссориться не хотелось. Ведь если он узнает, то взбесится. Точно взбесится. А в таком состоянии он способен на всё.

Картавый медлил, не зная, что ответить.

Я не совсем понимаю тебя...

Ты меня прекрасно понимаешь, - в голосе Валерии звучал металл.
– Вообще-то наказание в первую очередь должен понести ты, но я согласна удовлетвориться одним Штрупом.

Ладно, я подумаю. Но какие гарантии с твоей стороны?

Гарантии? Сто тысяч баксов, которые ты мне выдашь. Вот гарантии. Гарантии того, что я ни минуты лишней не задержусь в этой стране, где ползают такие людишки, как ты и Штруп. Усёк, Картавчик?

Дело ясное, - сказал вор.
– А может, перебьёшься только баксами?

Нет. Баксы пойдут в довесок к тёпленькому Гене.

Я готов накинуть.

Нет, говорят тебе. Короче, так. Не позднее сегодняшнего вечера я должна увидеть нашего миленького Штрупа без буквы "ша". Упакуешь его в багажник, понял? А машину твои братки пусть подгонят, куда я скажу. И без фокусов. Если я не вернусь со свидания с мёртвым Штрупом, Кисе сразу же станет известно обо всём.

Ты можешь перезвонить мне через пару часов?

Конечно. Хоть через пару, хоть через пяток. Я сегодня свободна весь день.

Картавый положил трубку и посмотрел на Вовца, который напряжённо прислушивался к разговору.

Валерия, - сказал Картавый.

Вовец кивнул.

Эта сучка требует, чтобы мы замочили Штрупа да ещё выдали ей сто штук баксов!
– рявкнул вор, сжимая кулаки.
– А не то, говорит, стукну Кисе!

И ведь стукнет, - сказал напарник.
– Ей-Богу, стукнет!

Картавый с кряхтеньем встал из кресла и принялся, по своему обыкновению, расхаживать по комнате, иногда останавливаясь у окон.

Мочить её надо, - сказал Вовец веско.

И я уже знаю как, - Картавый остановился.
– Позови сюда Папуаса.

Вовец с таким видом, как будто тоже всё знает, вышел за дверь и вскоре вернулся с бандитом по кличке Папуас. Кличку свою тот получил не только за смуглость и худобу, но и за крайнюю неотесанность во всём, что не касалось его прямой обязанности в банде Картавого - взлома замков и угона машин.

В комнату он заходить не стал. Остановился у двери, маленькими глазками глядя на босса и часто смигивая.

Нужен неприметный "москвичёк" на сегодняшний вечер, - сказал ему Картавый.
– Или "жигуль". Угони где-нибудь на окраине, хотя бы в Люберцах, и к шести вечера будь здесь с машиной. Понял?

Папуас оскалил в ухмылке прокуренные зубы. Угнать подержанный "Москвич" было для него несложно. Не то что увести новенький "бумер" с охраняемой стоянки, хотя и с такой работой Папуас успешно справлялся.

Когда Валерия позвонила снова, тон Картавого был примирительным.

Лады, я согласен, - сказал он.
– Всё тебе будет, и баксы, и Штруп. Только не вздумай со мной шутить.

Ты, Картавчик, тоже давай без фокусов. Предупреждаю, что я сейчас пишу Кисе письмо, которое передам одному человечку. Если что со мной случится, письмо попадёт в руки Кисы.

Можешь не беспокоиться. То, что тебя интересует, будет лежать в багажнике "Москвича". Деньги будут там же. А голову ангелочка мы упакуем в отдельный прозрачный пакет, так что, если захочешь, можешь забрать её с собой как сувенир.

Картавый скорее догадался, чем услышал, что она усмехается.

А что, может, я так и сделаю, - сказала она.

Всё будет готово к одиннадцати вечера.

Отлично. В одиннадцать напротив кафе, где мы встречались в прошлом году. Ты знаешь это место. Там тихо, и менты появляются редко.

Хорошо.

Багажник оставьте незапертым, - потребовала Валерия.
– И чтоб в машине никого не было!

Само собой.

Баксы положите поверх трупа. Долго любоваться на Гену я не собираюсь.

Валерия, как видишь, я соглашаюсь на всё.

Да, Картавчик, я знаю, у тебя поджилки трясутся при одном упоминании о Кисе. Не бойся. Считай, что на этот раз тебе повезло. Через три дня я буду далеко отсюда...

Картавый положил трубку.

Кису тоже надо мочить, и срочно, - сказал он Вовцу.

Это уже сложнее, - напарник нахмурился.
– Без Гениных снайперов не обойтись.

Вызывай сюда Штрупа по-быстрому, и пусть парней захватит, - сказал вор.
– Пришла ему пора отмазаться за промашку. Гаврилу предупреди. Пусть сообщает о своём поганом боссе через каждый час.

Бандит по кличке Гаврила был глазами и ушами Картавого в группировке Кисы. Теперь, когда неугодный главарь был приговорён, Гаврила должен был исполнить роль наводчика.