Всё будет сделано в лучшем виде, - Вовец положил перед собой на стол радиотелефон и принялся нажимать на кнопки.

Картавый налил себе коньяку.

В квартире Николая Петровича уже поужинали. Олег с хозяином сидели на кухне и разговаривали, Лена здесь же мыла посуду. Олег вздрогнул, когда зазвонил телефон. Кольнуло тревожное предчувствие.

Трубку взяла Лена.

Да, он здесь, - она посмотрела на Беляева.
– Сейчас позову.

Он встал.

Какая-то девушка звонит, - сказала Лена, почему-то побледнев.

"Валерия", - догадался Олег.

Алло, - сказал он в трубку.

Не забыл, что я тебе обещала?

Что?

Показать тебе того, за кем ты охотишься. Точнее - его тело.

Лоб Олега сразу взмок.

То есть, как?
– пробормотал он.

Стопроцентной уверенности у меня пока нет, но, похоже, с ним кончено. Так ты хочешь его увидеть?

Да.

Тогда встретимся прямо сейчас у выхода из метро "Варшавская". Я буду стоять у столиков, где продают цветы.

Во-сколько конкретно?

Ну, давай через час.

Беляев взглянул на запястье.

Без четверти одиннадцать?

Да. Заодно сама полюбуюсь на него.

Я подъеду.

Олег положил трубку и вернулся к столу. Николай Петрович смотрел на него, усмехаясь.

На свидание побежал?

Нет, - Олег смутился.
– Это по делу.

Лена, не домыв посуду, вдруг всплеснула руками и ушла в комнату.

Только не вернись опять с разбитой головой, - напутствовал его башмачник.

Олег, с минуту помешкав, пошёл за Леной.

Она сидела перед включённым телевизором.

Это правда по делу, - сказал он, присаживаясь рядом.
– Понимаешь, я разыскиваю одного человека в Москве и эта женщина должна мне помочь. Через пару часов вернусь.

Она смотрела на экран.

Я и не спрашиваю ни о чём. Если тебе надо, то иди.

Не задержусь, обещаю.

Она помолчала.

Ладно уж, иди. Поздно не возвращайся.

Будешь меня ждать?

Да.

Нет, правда будешь?
– переспросил он, может быть, более пылко, чем следовало.

Она взглянула на него.

Знаешь, как я волновалась в ту ночь, когда ты не пришёл?

Олег улыбнулся.

В тот раз я попал в дикий переплёт, но сейчас всё будет нормально, - с улыбкой сказал он и вышел в прихожую.
– Я где-то тут видел кепку. Можно её взять?

Бери-бери, - раздался из кухни голос Николая Петровича.
– Сейчас тебе без кепки никак нельзя появляться перед дамами...

У метро в этот поздний час было малолюдно и непривычно пусто. Фонари освещали замусоренный тротуар, припаркованные машины, ряды пустых палаток. Из всей многочисленной орды уличных торговцев вахту несли только женщины у столов с цветами, газетчик и бабки-сигаретницы.

Беляев посмотрел на часы. Без двадцати одиннадцать. Он подъехал даже раньше, чем надо. Валерии ещё не было.

Он прошёлся по тротуару. После трёх таблеток анальгина боль в голове отпустила. "А здорово он меня саданул по тыкве, - злобно подумал Олег.
– Хорошо ещё, что это была пустая бутылка из-под водки. А если бы это была неоткупоренная бутылка шампанского? Тогда бы я здесь не гулял..."

Вспомнив о блондине, Олег задумался над создавшейся ситуацией. Конечно, блондин - гнида, и будет только здорово, если его пришьют. Но где гарантия, что именно он руководил налётом на обменный пункт и застрелил Андрея? Можно ли в этом вопросе доверять Валерии? Хотя внешне блондин как будто подходил под описание убийцы - тоже высокий, стройный...

Прикидывая так и этак, Олег пришёл к выводу, что все нити этого гнилого дела сходятся к вору в законе по кличке Картавый. Картавый связан со всеми - с Кисой, Сопилой, Валерией, блондином. Только он может прояснить ситуацию и вывести на убийцу. Возможно, Андрея действительно убил блондин. Но пока остаются сомнения, Олег должен искать.

Стало быть, надо выйти на Картавого. Но как? Наверняка об этом знает Валерия...

А вот и она. В лёгком чёрном платье, будто только что упорхнувшая из-за столика шикарного ресторана, она вылезла из иномарки, захлопнула дверцу. Автомобиль отъехал и скрылся во мгле вечерней улицы. Значит, это была попутная машина.

Одна минута двенадцатого, - сказала Валерия, взглянув на часики.
– Тело должно быть уже подано... Идём.

Куда?

Здесь недалеко.

Олег зашагал рядом с ней. В нём росло беспокойство.

Почему ты уверена, что его убили?

Киллеров после неудачной операции мочат, разве ты не знаешь об этом? Газет не читаешь?

При чём здесь газеты?

Блондин должен был замочить Сопилу и меня. Со мной у него вышла осечка, значит, он должен умереть. Это же элементарно.