Шрифт:
— Лучше пойду. В конце концов, мне еще надо все обмозговать.
— Тогда начинай.
— Поеду, а завтра утром увидимся. — Бойл шагнул к выходу и на мгновение оглянулся, чтобы бросить на Айону прощальный взгляд. Такая свежая, такая красивая, да еще с цветами… — Ты, Айона, заслуживаешь всего и ни на каплю меньше.
Дверь за ним затворилась. От избытка чувств она закрыла глаза. Слишком тяжело было сохранять твердость, поступать и говорить как должно, когда у нее разрывалось сердце. Когда оно готово было удовольствоваться куда меньшим.
— Не с ним, — прошептала она. — Может быть, с кем-нибудь еще, но не с ним. Потому что… он такой один.
Она решила оставить букет на столе, чтобы любоваться могли все. Но прежде чем идти в мастерскую и начинать очищать свои инструменты, она отыскала высокую узкую вазу, выбрала из букета три цветка — магическое число — и отнесла в свою комнату, чтобы видеть их, когда будет засыпать. И когда будет просыпаться.
Глава 19
Над округом Мейо расправляла крылья весна. Она царила в зеленых лесах и покрытых буйной растительностью холмах, а дожди хоть были и несильными, но шли регулярно. Поднялись и раскрылись навстречу живительной влаге лесные и полевые цветы, сады зацвели во всем своем великолепии. Пастбища наполнились блеянием ягнят, гладь озера бороздили утки, а в лесах зазвенели птичьи голоса.
Айона наравне с братом и сестрой сажала цветы, овощи и пряные травы, соскребала с сапог налипшую грязь, долгие часы проводила на конюшне и не менее долгие — за постижением секретов своего ремесла.
Пришел и миновал Билтейн, с его «майскими деревьями» [10] , хороводами и пением. Солнцестояние сделалось еще ближе.
День удлинялся, и теперь Айона нередко поднималась затемно, а засиживалась за работой до глубокой ночи, подпитываясь внутренней энергией, чтобы быстрее двигаться вперед.
10
«Майское дерево» — украшенный цветами столб, вокруг которого танцуют во время народного праздника, выпадающего на 1 мая.
И в дождь, и в грязь она училась обращению с мечом.
Хотя она не могла представить себя в реальном бою на клинках, ей нравилось ощущать в руке его холодную сталь. Нравилось, что он такой тяжелый, привлекала мысль, что теперь она — даром что невеличка — умеет наносить и блокировать удары.
Но до Миры ей очень далеко. С волосами, заплетенными в косы, и с мечом в руке подруга еще больше походила на воинственную амазонку. Однако Айона постигала науку — основные стойки, работа ног, маневры.
Звенели клинки, Мира кидала воинственный клич или отдавала инструкции, а Брэнна сидела на садовой скамейке подобно домохозяйке какого-то экзотического племени и невозмутимо чистила картошку к ужину.
— Удар должен идти от плеча!
— Я так и делаю! — Запыхавшись и уже испытывая нешуточную боль, Айона переместила центр тяжести и попыталась сделать выпад.
— Наступай на меня, черт тебя подери! Я бы уже давно могла отрубить тебе руки и ноги, как Черному рыцарю из «Монти Пайтона» [11] .
11
Черный рыцарь — персонаж английской приключенческой кинокомедии «Монти Пайтон и Священный Грааль» (1975).
— Это всего лишь плоть. — Она фыркнула, на миг отвлеклась, и Мира кинулась вперед, как демон.
— Не наступи на… — Брэнна глубоко вздохнула, видя, как Айона теряет равновесие и падает назад точно в синие цветы дикой лобелии.
— Ну вот…
— Ой, прости.
— Ну что, первичные навыки ты, считай, получила. — Мира зачехлила меч и подала Айоне руку, помогая подняться. — Но ты чересчур по-женски воспринимаешь свои неудачи. У тебя хорошая реакция и скорость, выносливости тоже хватает. Но по характеру ты не убийца, поэтому всегда будешь проигрывать.
Айона потерла ушибленный зад.
— Я не собиралась никого убивать.
— Планы иногда меняются, — заметила Брэнна. — Давай-ка поправь цветы, поскольку ты их изрядно помяла.
— Ой! Да. — Айона обернулась и прикинула свои действия.
— Нет! — Брэнна щелкнула пальцами. — Не надо стоять и думать. Просто делай!
— Дай хоть дух перевести.
— На это у тебя может не быть времени. Меч и колдовство. Соедини их и прибавь немного смекалки. Действуй!
И она, скорее интуитивно, нежели по продуманному плану, простерла вперед руки. Помятые синие цветы подняли головки.
— Я их немного взбодрила.
— Вижу. — С легкой улыбкой Брэнна отложила овощной нож.
— Сейчас бы в душ и пивка. Нет, сперва пивка.
— Мы повторим упражнение, а потом будет тебе пиво, — объявила Мира. — Давай-ка теперь в полную силу. Брэнна разве не говорила, что она поколдовала над клинками и затупила их? Они теперь тупые, как наша первая учительница, — усмехнулась она. — Помнишь ее, Брэнна?
— К сожалению, да. Мисс Кенни, которая была святее самого папы римского и нагоняла такую скуку, что у нас мозги вытекали.