Кларк ухмыльнулся, глядя на него. Лена тем временем высвободилась из объятий.

– - Как дела, бледнолицый?
– - Кирилл помялся, вытянув руки по швам.
– - Готов к экзаменам или... к армейке? Что тебе там больше нравится?

– - Ты на что-то намекаешь?
– - Кларк сдвинул брови.

– - Я? Нет, ни на что. Просто я шёл к своему шкафчику, а тут кое-кто припёр его своей спиной.

– - Твой шкафчик в другой стороне, -- поправила Елена Кирилла.
– - Вон там.

– - Надо же... бывает такое... Перепутал. Извиняюсь, -- Кирилл пожал плечами, улыбнувшись.

– - Ты видишь, я с девушкой разговариваю?
– - спросил Кларк, злобно оскалившись.

– - Мы уже закончили, -- Лена легонько толкнула его, пытаясь пройти.
– - Мне пора, у меня урок начнется через две минуты. У тебя тоже, верно?

Кларк пожал плечами, глядя ей в след. Пока Лена не скрылась в дверях кабинета, Кирилл тоже решил сматывать удочки.

– - Окей, пока, май френд, -- пробурчал он, бросив пустую кружку из-под кофе в урну.
– - Не знаю, как у тебя, а у меня тоже уроки. Хорошо сдать химию!

И, сказав это, хлопнул дверью кабинета.

Офисные этажи - прямо под торговым центром. На девятом - конторы предпринимателей и штаб-квартиры организаций розничной торговли. Ниже располагались офисы фирм покрупнее, все остальные этажи занимала ГТК. Да, воистину огромная компания. Везде, куда ни глянь, атирибуты её величия. Отдельный вход в здание. В вестибюле над небольшим фонтаном - огромная позолоченная статуя Атланта, подпирающего стеклянный земной шар. Вероятно, смысл её состоял в том, что благополучие миров Федерации зависит от слаженной работы Корпорации. На стекле всех офисных дверей выгравирована эмблема компании, вероятно, чтобы поддерживать командный дух и напоминать сотрудникам, что все они - часть системы. И в каждом офисе висел портрет генерального директора Адриана Паула Вильямса, словно олицетворяя эту систему.

Всякий раз, когда Кирилл появлялся здесь, он поражался могуществу Корпорации, делающей прибыль на космических перевозках и торговле. Дальше вестибюля пройти он не мог, проход в лифты осуществлялся исключительно по индивидуальным пропускам системы СКУД. Обычно отец ждал его в вестибюле, сидя на мраморной скамейке у фонтана. Так было и сегодня. Он встал, поправил пиджак и направился к сыну. Кирилл осмотрелся, отчего-то попятился. Здесь, в этой одежде, отец не был похож сам на себя. В этом сером костюме он превращался в офисного раба, покорного, робкого и всегда во всём виноватого. Отец вдруг отчего-то ссутулился, слегка приподнял плечи, словно пытался втянуть голову, его широкий шаг, казалось, стал короче. Кирилл много раз замечал, что все сотрудники выглядят одинаково и ведут себя похоже. Они все - одно стадо, и отец его теперь часть этого стада.

– - Привет, сын. Пошли, поговорить надо.

Отец как всегда краток. Говорит по-прежнему тихо, уверенно. Голос спокойный. Может, Кириллу показалось?

– - Значит, смотри. Тут дело одно намечается. Алексей Михайлович, ты его знаешь, мы с ним один факультет заканчивали... открывает проектное бюро. Будет заниматься разработкой проектной документации для богатеньких клиентов, намеревающихся строить индивидуальные жилые сооружения. Особняки-коттеджи, короче. Я думаю, тебе стоит поучиться жизни. Ему как раз требуется ассистент. Будет помогать во всех делах, работать менеджером, курьером. Работа не пыльная, сложного ничего нет. Короче, не обижайся, но я продал права требования к тебе тому самому Григорию Михайловичу, и ты теперь принадлежишь его воле.

Смысл последних слов не сразу был осознан Кириллом. Однако едва это произошло, как чувство безысходности и тоски выхвали в нём бурю негодования.

– - Это ещё что за бред?
– - возмутилсяон, и слова застряли в его горле.
– - Ты продал меня?.. Ты же продал меня! Я никогда не думал, что ты так поступишь!Есть родители, кто так делает, но я-то думал, что ты не из этих...

– - Единственное, чего я хочу - чтобы ты вырос настоящим мужчиной. Состоятельным, успешным, умным... Здесь ты не добьёшься больших результатов. Будучи учеником Алексея Михайловича, ты сможешь научиться тому, что здесь будет тебе недоступно. Я не уговариваю тебе, сделка уже совершена.

– - Я последний раз его видел сто лет в твой обед, -- тяжело вздохнул Кирилл.
– - Я уже забыл, как он выгдядит. Он сам звонил? Он сам предложил, да? И ты согласился быстро?

– - Он прекрасно помнит про меня, -- голос отца стал тверже.
– - А помочь хочет тебе, потому что ты - мой сын. Да, это помощь. Иведи себя подобающе.Ведь ты собираешься на юридический, так что подумай, как ты будешь в дальнейшем зарабатывать. У нашей семьи нет средств на твоё содержание.

– - Отмени сделку, пап!
– - у Кирилла закончились слова.
– - Я сам должен решать, кому передавать свои права. Я почитаю законы...

– - Твои законы - чушь собачья!
– - прорычал отец, медленно выходя из себя.
– - Распоряжаться правами над тобой может только их хозяин. Так что пшёл прочь, готовься, что после экзаменов ты переходишь в распоряжение Алексея Михайловича.

Такого поворота событий он не ожидал, и слова отца несколько ошеломили его. Сейчас решение продать права требование человеку, которого Кирилл даже в лицо не видел, было предательством с его стороны. И пусть Кирилл ещё несовершеннолетний, он всё же не так наивен, как его сверстники. Просьба "Алексея Михайловича" показалась ему по меньшей мере странной.