Все это время со мной были Джерри и Рилэн - они продолжали рассказ, когда я сбивался с мысли. У меня не было сил сказать им, как я благодарен.

И тут же был наш пленник, Лаэнар. Он не отходил от меня, и его песня все еще звенела в воздухе между нами. Переодетый в простую одежду ополченцев, он больше не походил на врага, - казался мальчиком впервые приехавшим в Атанг, впервые попавшим в крепость, растерянным и не знающим, что сказать.

Что ж, он был испуган и растерян - это я знал точно.

"Под твою ответственность", - сказал мне старший офицер.

Я надеялся, что теперь смогу уйти, но секретарь короля вернулся - я должен подождать, один из советников хочет поговорить со мной.

Я отдал Джерри ключи от своего дома - пусть отведет туда Лаэнара, или пусть покажет ему город, - и поднялся во дворец.

Время утекало, растягивалось и туманило мысли, а я все еще сидел на балконе, слушал перезвон колольчиков и ждал.

Чугунная ограда изгибалась, сплеталась с живым вьюнком. Солнце отражалось в витражах в глубине комнаты, - я не мог различить их отсюда, но помнил, что изображено там. Подвиги первого короля: белые доспехи, меч с золотой рукоятью, безликие, поверженные враги и кровь, растекающаяся осколками слюды. Мне было четырнадцать лет, когда я впервые увидел эти картины. Никто не сумел мне тогда ответить, почему в руках у первого короля меч. Все знают, что наши предки приплыли с ружьями и пули одолели магию.

Но как такое могло быть? Я видел, на что способны враги. Слышал, как поет их волшебство.

– Эли?

Должно быть, мысли утянули меня слишком глубоко, к самой границе сна, - туда, где растворяются звуки и свет. Я не заметил, что я уже не один на балконе.

Я пробормотал слова приветствия, - едва слышные, они рассыпались в воздухе, как пыль. Пришедший улыбнулся мне, на миг сжал мое плечо - словно думал, что я сплю и хотел разбудить - и сел за стол.

Королевский советник. Я вспомнил его имя - Керген. Каштановые волосы, постриженные по дворцовой моде, рубашка с тонкой вышивкой и улыбка - но спокойная, а не насмешливая, как у многих здесь. Имена других советников вечно забывались, но его я помнил. Керген часто разговаривал со мной.

Слуга поставил на стол бокалы с вином и выскользнул за дверь бело-золотой тенью, почти беззвучно.

– Я прочел твой отчет, Эли, - сказал советник.

Он не улыбался сейчас, смотрел внимательно и серьезно - наверное, ждал моих слов. Но что я мог добавить? Я рассказал уже обо всем: про тайное убежище врагов, про их машины, про то, как Тин помогал нам, и про то, как мы забрали Лаэнара. Даже про то, как к нам приходила девочка с именем звезды.

Я не написал лишь о видениях и песнях - вне стен Рощи нелегко говорить об этом. И промолчал о том, что война совсем близко - здесь, во дворце никто не поймет, почему я так уверен.

Мне нечего было добавить. Поэтому я лишь кивнул.

– Я знаю, что многие в совете не согласятся со мной, - продолжал советник, - но я буду настаивать, чтобы король и полный совет выслушали тебя. Таких новостей не привозил еще никто, сотни лет никто не мог подобраться к врагам так близко.

Керген сжал мою руку, и я понял - он обещает открыто поддержать меня перед королем, даже если остальные советники будут против. Может быть, ему от меня что-то нужно - во дворце все держится на сложных переплетенных нитях, потянешь за одну и приходит в движение многое - а может быть, он просто поверил мне. Почувствовал как близка пропасть, мы на самом краю.

– Спасибо, - сказал я.

Я снова почувствовал, как устал: прозрачная красота Атанга, балкон, увитые плющом стены, ветер, доносящий звуки города, - все стало хрупким, готово было рассыпаться от неверного движения или слова.

– Но вот что меня тревожит, - проговорил Керген.
– Ты привез с собой врага... Ты уверен, что это безопасно?

Лаэнар сейчас где-то внизу, на улицах города, опутанный моим волшебством. Я помнил, как он смотрел на меня, - так в штормовую ночь на море смотрят на мерцающий огонь маяка. Я и был теперь его путеводным огнем - ведь я уничтожил его жизнь и дал ему новую.

– Он не враг!
– Я не успел обдумать ответ, слова вырвались сами.
– Я стер все, что делало его врагом. Мы знаем, кто он. Нам не нужно гадать, кто перед нами. Каждый может оказаться врагом, и я, и вы, но про Лаэнара мы знаем все!

– Эли, прошу тебя...

Я знал, советник хочет, чтобы я успокоился.

Все мы помним, что враги скрыто живут среди нас. Но если говорить об этом и обвинять друг друга, жизнь станет невыносимой.

Я зажмурился на миг и пробормотал:

– Простите...

Керген примирительно улыбнулся и сказал:

– Я лишь имел в виду, что нам не все известно. Кто знает, как враги могут использовать этого мальчика против нас? Ты мог бы отвести его в Рощу, к волшебникам? Ты ведь не сможешь следить за ним все время.

– Я подумаю, - пообещал я.

– Пойдем, - сказал Керген.
– Тебе надо отдохнуть.

Он говорил что-то, пока мы шли к дверям приемных покоев, но я едва ловил слова. Я думал лишь о том, что наконец-то доберусь до дома, засну, забуду обо все хотя бы на час, хотя бы на полчаса.