— А вы будете отъ этого въ выгод.

М-ръ Тредгольдъ выпрямился съ достоинствомъ, противорчившимъ лукавому выраженію его глазъ.

— Я не возьму ни копйки изъ этихъ денегъ, — я стараюсь во всемъ походить на капитана.

— Результатовъ этого старанія до сихъ поръ не замтно.

— Вы мн льстите! — скромно улыбнулся м-ръ Тредгольдъ.

— Льщу вамъ? — возмутилась двушка.

— По поводу моего умнья скрывать свои чувства. Я таюсь до тхъ поръ, покуда не сдлаюсь на него похожимъ, какъ дв капли воды, — вы, прямо, не отличите насъ другъ отъ друга. Я часто завидовалъ ему въ томъ, что у него такая племянница. Когда сходство сдлается полнымъ, тогда…

— Что тогда? — прервала нетерпливо миссъ Дрюиттъ.

— У васъ будетъ… двое дядей вмсто одного.

— Долго ли вы будете говорить такія безсмысленныя вещи? — спросила она, останавливаясь по середин аллеи.

— Я предпочелъ бы говорить вещи, имющія смыслъ.

— Попробуйте.

— Только это очень трудно, — проговорилъ Эдуардъ задумчиво, — трудно — съ вами.

Миссъ Дрюиттъ снова остановилась.

— Для меня, — поспшилъ онъ добавить.

— Я тоже такъ думала, но для всего нужна практика.

— Увряю васъ, у меня — масса здраваго смысла, но я не имю возможности проявить его. Прежде всего, разъ уже рчь зашла о дядяхъ, позвольте мн сказать, что я за вс сокровища міра не согласился бы сдлаться вашимъ дядею… Куда же вы?

— Въ домъ.

— Одну секунду… Вы видите, я только-что началъ здраво разсуждать.

— Я подожду, покуда вы напрактикуетесь.

— Вы не даете мн возможности для этого, — сказалъ Эдуардъ, слдуя за нею;- я хотлъ бы сказать вамъ нчто по секрету, вамъ одной. Неужели вамъ не любопытно?

— Нтъ, — отвтила она, глядя прямо передъ собою.

— Что-жъ? Я могу сказать это и въ дом,- прошепталъ онъ, покоряясь своей участи.

— Тамъ у васъ будетъ больше слушателей: дядя — дома, — сказала двушка, вздохнувъ свободне, когда они поднялись на крыльцо.

Она такъ быстро вошла въ гостиную, что читавшій у окна книгу капитанъ взглянулъ на нее съ удивленіемъ. Отъ него не ускользнуло выраженіе мрачной ршимости на лиц м-ра Тредгольда.

— М-ръ Тредгольдъ пришелъ сюда для того, чтобы говорить о вещахъ, имющихъ смыслъ, — скромно сказала двушка.

— Какъ такъ? — изумился капитанъ.

— Онъ самъ такъ выразился, — отвчала миссъ Дрюиттъ, садясь на низенькій стулъ возл капитана и съ чувствомъ полнйшей безопасности взирая на пришельца;- я сказала ему, что вамъ будетъ интересно его выслушать…

Она отвернулась, чтобы скрыть улыбку, а м-ръ Тредгольдъ и капитанъ обмнялись многозначительными взглядами. Когда она обернулась, лица ихъ были попрежнему непроницаемы, но все-же она инстинктивно придвинулась ближе въ капитану и положила руку, на его колно.

— Надюсь, что рчь будетъ не обо мн? — замтилъ капитанъ посл неловкой паузы.

— М-ръ Тредгольдъ говорилъ именно о дядяхъ, — лукаво сказала Прюденса.

— Но онъ не говорилъ ничего дурного, надюсь? — спросилъ капитанъ съ притворною тревогою.

— Я просто заявилъ миссъ Дрюиттъ, что она счастлива, имя такого дядю, и собирался сказать ей о томъ, какъ я былъ счастливъ, еслибы онъ былъ и моимъ дядею, какъ вдругъ она неожиданно повернула домой. Вроятно, она желала, чтобы вы это слышали?

Миссъ Дрюиттъ вспыхнула отъ такой недостойной вылазки.

— Я самъ хотлъ бы этого, мой милый, — сказалъ капитанъ, глядя на него съ восхищеніемъ.

— Это была бы счастливйшая минута въ моей жизни! — увренно проговорилъ Эдуардъ.

— И въ моей тоже, — храбро поддержалъ его капитанъ.

— Благодарю васъ.

Миссъ Дрюиттъ безпомощно присутствовала при этомъ обмн любезностей, спрашивая себя, скоро ли они кончатъ.

— Вы… вы, кажется, общали показать мн фотографію вашего перваго корабля, — сказалъ посл нкотораго молчаніи м-ръ Тредгольдъ, — но если она наверху, пожалуйста не трудитесь.

— Это совсмъ нетрудно, — поспшилъ отвтить капитанъ, поднимаясь съ мста, причемъ лежавшая на его колн рука Прюденсы безпомощно опустилась. Она повернулась въ м-ру Тредгольду съ серьезнымъ, блднымъ лицомъ, при вид котораго мужество его поколебалось и онъ не находилъ словъ. Съ отчаянія онъ замтилъ, что часы тикаютъ сегодня необычайно громко.

— Нтъ, кажется, такъ же, какъ и всегда.

Часы продолжали тикать среди полной тишины. Наверху капитанъ благороднымъ образомъ исполнялъ свою роль. Онъ съ шумомъ выдвигалъ и задвигалъ ящики, хлопалъ дверцами шкаповъ и крышками сундуковъ. Комизмъ положенія становился нестерпимымъ, и, несмотря на свое негодованіе по поводу обращенія съ нею, миссъ Дрюиттъ чувствовала сильное желаніе разсмяться. Она отвернулась къ окну, и въ ту же минуту Тредгольдъ подошелъ и занялъ мсто капитана.