–  Присаживайтесь, - сказала Светлана Алексеевна и указала рукой на диван.

–  Благодарю, - ответил Трегубец и опустился на мягкое сидение.

Надя вместе с чашками кофе появилась бесшумно и так же бесшумно исчезла.

–  Ну-с, - сказала Светлана Алексеевна, - смотрите.
– И протянула Трегубцу небольшую пачку фотографий.
– Это Куприн периода «Бубнового Валета», - стала давать она пояснения.
– Вот это Судейкин, довольно редкий, один из вариантов «Балаганчика». Ну, это «Мир искусства» - вам не интересно, - пролистнула она пару карточек.
– А вот Экстер, - показала она на фотографию темной картины, будто перечеркнутой синими и черными полосками.

–  И сколько же стоит Экстер?
– спросил Трегубец.

–  Вот эта вещь, она, приблизительно, пятьдесят на семьдесят сантиметров по размеру, холст, масло.

–  С подтверждением?
– поинтересовался «потенциальный покупатель».

–  Конечно, Третьяковская Галерея.

–  И сколько же?

–  Ну, мы можем обсудить цену отдельно. Изначально владельцы хотели тридцать тысяч.

«Боже мой!» - сказал про себя Василий Семенович. Уловив тень смущения на его лице, Светлана Алексеевна тут же произнесла:

–  Вам кажется, что это дорого? Напрасно. На «Сотби» и «Кристи» такие вещи стоят куда дороже.

–  Но мы же в России, - поправил ее Трегубец.

–  Конечно, именно поэтому всего тридцать тысяч. Но если хотите, я могу поговорить о некотором снижении цены.

–  Да, в принципе такая работа меня могла бы заинтересовать.

–  Вы можете оставить свои координаты?
– спросила Горлова.

–  Давайте я лучше к вам загляну. Когда вы можете привезти работу?

–  Ну, если вы серьезно намерены…

–  Да-да, вполне серьезно, - прервал ее Василий Семенович.

–  Тогда, пожалуй, послезавтра. Часика в два вас устроит?

–  Вполне.

–  Приезжайте прямо без звонка. Но, на всякий случай, я вам дам свою визитку.
– И Горлова протянула Трегубцу маленький картонный квадратик.

–  Спасибо. Очень рад был познакомиться. Надеюсь на плодотворное сотрудничество.

–  Очень рада. Жду вас послезавтра в два, - сказала Светлана Алексеевна, поднимаясь вслед за Трегубцом.

–  Всего доброго. Не провожайте, я найду дорогу.

–  Ждем, - еще раз повторила она вслед удаляющемуся следователю.

Одевшись и выйдя на улицу, Василий Семенович задумался. «Что-то больно легко пошла она на контакт с совсем незнакомым человеком, - сказал он себе.
– Все-таки тридцать тысяч - не игрушка, да и дела эти явно по документации не проходят. Не наивная же она, в конце концов, девочка, чтобы так доверяться первому встречному. Что-то здесь не так. Но на встречу пойти необходимо».

ГЛАВА 6

На следующее утро, когда Лена ушла на работу, Сорин скоро позавтракал, с удовольствием выкурил пару сигарет под чашку кофе и выбежал из дома к телефону-автомату. С «Мариотт-отелем» его соединили быстро.

–  Где ты пропадал?
– спросила Люси.

–  Дела, дела. Однако все налаживается.

–  Что налаживается?

–  Все как мы договаривались. Расскажу тебе при встрече.

–  Подъедешь ко мне?

–  Ни в коем случае. Давай-ка быстренько собирайся, выходи из гостиницы и иди по своей стороне в сторону Кремля. Надеюсь, представляешь, где Кремль?

–  Да, это я уже знаю, - сказала Люси.

–  Отлично. Может быть, ты даже знаешь, где Пушкинская площадь?

–  Только по карте, я купила здесь план.

–  В этом нет ничего сложного. Двигайся по своей стороне к центру и минут через пятнадцать ты уже будешь на ней. Там, прямо на площади, стоит памятник Пушкину, нашему великому поэту.

–  Я не такая дремучая, - засмеялась девушка, - и вашего Пушкина знаю.

–  Через сорок минут я буду тебя там ждать. Успеешь?

–  Конечно.

–  Вот при встрече и поговорим.

Сорин повесил трубку и, подойдя к краю тротуара, принялся ловить такси. Ему повезло: почти сразу же перед ним притормозила зеленая «девятка».

–  В центр, на Пушку, - сказал Андрей.

–  Стольник, - лениво произнес водитель.

–  Однако!

–  Как хочешь, - ответил шофер и собрался уже двигать машину с места.

–  Хорошо, хорошо, поехали, только быстро.

Доехали практически без опоздания. Люси тоже не подвела, и, вылезая из такси, Андрей увидел ее стройную фигурку.