– Тебе не придется меня уговаривать. – Он коснулся плеча поцелуем. – Сейчас вернусь.

Я перекатилась на бок, укрываясь одеялом. Я слышала шум воды в ванной, а потом он вернулся и скользнул ко мне под одеяло. В его руках, обвивающих мою талию, прижимаясь к его телу, я сонно улыбнулась и подумала о солнце.

Все было идеально.

Солнце светило весь февраль и весь март. Первую половину весенних каникул я провела в компании Кэма и Олли, потом мы опять гостили у его родителей, и нам даже удалось потусоваться с Брит, которая в это время тоже была у своих.

Мне казалось странным, что Брит будто и не в курсе того, что произошло между Кэмом и экс-бойфрендом его сестры, но я не заводила об этом разговор. То, что рассказал мне Кэм, был глубоко личным, и, хотя меня распирало от любопытства и хотелось выяснить, знает ли она что-нибудь об этом деле, я не собиралась нарушать наш уговор.

Тем более что было столько подходящих случаев открыться ему. Но, сколько бы я ни уговаривала себя, слова упорно не хотели вылезать наружу. Признаваясь Кэму даже в мыслях, я содрогалась от ужаса. Да что там говорить, я просто не знала, с чего начать.

Вместо этого я усилила бдительность и следила за своим телефоном, стараясь, чтобы он не попадался на глаза Кэму. Я по-прежнему получала сообщения и звонки, причем с завидной регулярностью, два раза в неделю, а электронные письма я тотчас удаляла. Несколько раз я почти ответила на эсэмэску. И однажды чуть не ответила на электронное письмо.

Наверное, так же, как и Кэм, я предпочитала делать вид, что ничего не происходит. Я ненавидела себя за это, презирала, потому что это опять было трусливое бегство, а не решение проблемы.

Зима уже выдохлась и покидала этот крошечный уголок Западной Вирджинии, оставляя за собой землю в черных проталинах. Мы собрались за ланчем, чтобы обсудить планы на весну. Кэм раздумывал, стоит ли ему поехать домой на уик-энд в середине апреля или побездельничать с нами, а Джейкоб все пытался убедить Брит составить ему компанию в какой-то волонтерской авантюре по садоводству.

Брит макнула жареную картошку в стаканчик с майонезом. Олли наблюдал за ней, и его красивое лицо сморщилось от отвращения. Но она, похоже, этого не замечала.

– Я не собираюсь тратить свои последние длинные выходные на посадку маргариток.

– При чем здесь маргаритки? – вздохнул Джейкоб. – Это будет ботанический сад чудес и любви.

Кэм сидел рядом со мной за столом. Он уткнулся мне в плечо, чтобы не расхохотаться. Я привычным жестом прикрыла рот рукой, пряча улыбку.

– Но это же глупость несусветная. – Брит отправила в рот сдобренную майонезом картошку, и Олли застонал. – Я собираюсь провести четыре дня овощем.

– Неужели тебе приятнее быть огурцом, вместо того чтобы устроить душе праздник?

У Кэма уже сотрясались плечи.

– Думаю, мне больше подойдет роль брокколи, – ответила Брит.

Олли наконец отвлекся от тарелки Брит и посмотрел на Джейкоба.

– Ты что, серьезно?

– Да! – Он хлопнул себя по коленкам. – Почему бы не раскрасить мир разноцветьем изумительных садов?

Я присмотрелась к нему.

– Ты что, под кайфом?

Джейкоб выглядел оскорбленным… секунды две.

– Ну, может, чуть-чуть.

Рассмеявшись, я перевела взгляд на Брит.

– Думаю, ты все-таки должна помочь ему построить его счастливый сад.

Она фыркнула.

– У тебя это лучше получится.

– О, нет. – Кэм тотчас поднял голову, и его рука, скользнув под стол, схватила меня за коленку. – Она только моя на этот уик-энд. Никакого сада любви.

– Если только она не будет сажать цветы в твоем саду любви? – поддразнил его Джейкоб.

Я закатила глаза.

– Очень остроумно.

– Кажется, вчера ночью она как раз этим и занималась. – Олли отодвинул стаканчик с майонезом подальше от Брит. – Судя по звукам, которые доносились из твоей комнаты.

Я чуть не задохнулась от возмущения.

– Что?!

– А ты что, так и дежурил, приклеившись ухом к стенке? – Рука Кэма поползла выше, и мои щеки вспыхнули, но совсем по другой причине.

Олли пожал плечами.

– А что еще мне остается делать?

– Извращенец, – бросил ему Кэм.

Эти трое пустились в споры об овощах, уже не вовлекая нас с Кэмом в эту бредовую дискуссию, чему я была только рада. Я не была фанаткой овощных растений.

– У меня есть другая идея, получше. – Кэм понизил голос, упираясь подбородком в мое плечо.