– Да. Не поддаётся.

– Никакой реакции?
– спросил Генри.

– Вообще. Как ты и говорил. Видимо, перебой где-то.

– Но ведь это можно починить, - сказал Хиген.

– Можно я пойду с тобой?
– неожиданно сказал инженер, - мы можем открыть эту дверь. Я думаю, я разберусь там.

Спенсер оглядел остальных. Он хотел представить, что бы ему сейчас сказал его отец, но эта мысль уже вырисовывалась у него в мозгу. Спенсер старший точно был бы против этого, потому что у Генри погибла вся семья, и он впал в отчаяние. Малейшее проявление злости, и он может сорваться, чем вызовет новую агрессию, или выдаст их местоположение.

– Я бы опять предпочёл идти один, - ответил Алекс.

Хиген и Дубов согласно закивали.

– Ты не разберёшься в этой двери. А дальше слишком опасно. В жилой сектор лучше заходить оттуда.

– Помнится, раньше ты говорил, что я смогу разобраться сам, - немного возмущённо ответил капитан.

– Да. Если перебой неглубоко и если он незначителен. А что, если там отказала управляющая схема? Привести её в действие на месте смогу только я. Тебе с такой задачей не справиться, Спенс, при всём моём уважении к тебе.

Спенсер оглядел остальных.

– Только если Дубов скажет, что ты психологически устойчив, - наконец ответил он.

Все покосились на Дмитрия.

– Дубов?
– сказал Генри, переведя взгляд на главного врача.

– Я не хочу, чтобы ты открыл стрельбу. Особенно, если для этого не будет необходимости, - продолжал Алекс, - я понимаю, у тебя все погибли. Здесь у всех кто-то погиб, но не нужно быть одержимым жаждой мести. Может быть, ты хочешь встретиться с врагами лицом к лицу, чтобы отомстить? Я ведь не знаю этого. Сейчас нужно действовать не на благо себе и своим желаниям наказать врага. Нужно действовать так, чтобы наша миссия возобновилась и увенчалась успехом. Даже несмотря на тяжёлые потери. Мы должны преодолеть это, должны справиться, а не мстить им. Ты понимаешь меня?

– Понимаю, Спенсер.

– Дубов?

– Я думаю, Генри только поможет, если откроет ту дверь. Если же нет, вы сможете вернуться, - спокойно рассудил главный врач.

– Он не против, - инженер посмотрел на Спенсера с надеждой.

– Есть условия. Первое - ты будешь безоружен. Только у меня будет автомат.

– Я согласен, - кивнул Генри.

– Второе. Ты идёшь ровно для того, для чего ты туда просишься. Ты идёшь привести в действие дверь и решать подобные проблемы, если они будут возникать. Ты будешь действовать строго согласно моим указаниям. Это понятно?

– Понятно.

– Тогда ладно.

– Спасибо. Вот увидишь, Спенсер, я тебя не подведу.

– Надеюсь, - строго сказал Алекс, - выдвигаемся завтра утром. Подробности обсудим на утреннем брифинге. Все свободны. Кроме Дубова.

Все спокойно встали и вышли. Спенсер дождался, пока дверь закроется, и шаги за ней стихнут.

– Ну что ты мне скажешь, друг Дубов?

– По поводу чего?
– подняв тяжёлый взгляд, спросил Дмитрий.

– Хотя бы по поводу обстановки на корабле.

– Всё лучше, чем вчера, но по-прежнему очень плохо. Почти все принимают успокоительное. Некоторые, к счастью, обходятся таблетками и микстурами, а некоторые по-прежнему лежат в медблоке. Если бы не экстренная ситуация, мы столкнулись бы с небывалым дефицитом кадров.

– Когда первые пойдут на выписку?

– Не знаю. Возможно, завтра, после обхода.

– Ладно, - тяжело выдохнул Спенсер, - А что по поводу Генри? Он может идти? Скажи мне откровенно.

– Теоретически да. Но я бы не рекомендовал. Он вроде бы и держится молодцом, но интуиция подсказывает мне, что срыв может наступить в любой момент.

– Тогда зачем ты сказал, что он может идти?

– За тем, что у тебя всё равно нет выбора. Ту дверь, возможно, откроет только он. А что там будет дальше? Может быть, в следующий сектор прохода тоже нет по этой же причине. Сейчас выходит так, что ты берёшь его, потому что это можно. Если бы было нельзя, и ты бы его взял, вот это было бы уже неправильно. А пока он будет верить в то, что я сказал, ему и на самом деле будет лучше.

– Ладно. Возможно, ты прав, - задумчиво сказал Спенсер, переведя взгляд на план корабля.

– В одном ты не угадал. Он идёт не потому, что хочет мстить. Нет. Он слишком мягкий и спокойный для этого. Он идёт для того, чтобы погибнуть там. Чтобы то чудовище или чудовища, которые утащили в глубину корабля всех наших солдат, забрали и его. Он же тоже просил тебя о рециклинге?

– Почти требовал.

– Пять дней ему ждать невмоготу. А ты ведь всё равно взял бы его, Спенс. Он прав в том, что ты, возможно, не сможешь открыть ту дверь. А это ваш единственный шанс попасть в глубину звездолёта и что-либо выяснить.