– Может быть, они боялись огнемётов или лазеров, - сказал Генри.

– Я считаю, что если что-то нельзя повредить пулей, это нельзя повредить и огнём, и лазером уж точно. Так что это мне кажется нелогичным.

– Ну, от пули ещё можно как-то увернуться. Может они очень быстрые? Но скорость лазера ведь на таких расстояниях вообще можно считать абсолютной, - рассуждал инженер, - а из огнемёта можно заполнить коридор пламенем, и увернуться от него будет невозможно.

– Хорошо. Выходит так, что они нас тоже чувствуют и видят, - сказал Дубов.

– Ещё у меня возникает вопрос: как они ходят в темноте без фонариков? Мы, конечно, тоже могли бы, но не так уверенно, как это делают они. Если они хорошо видят в темноте, - сказал Спенсер, заранее отвечая на очевидное предположение, - то почему тогда они не увидели нас с Генри? Один из них прошёл прямо мимо нас. Рядом. Буквально в одном шаге. Этого я тоже сказать не могу.

– Может быть, они просто настолько давно тут, что уже знают корабль вдоль и поперёк, - предположил Хиген.

– Мне тоже так кажется. Они чувствуют корабль, но не чувствуют нас, - продолжал рассуждать Спенсер, - чтобы они нас заметили, они должны нас увидеть. Значит, у них есть зрение. Если они способны вести диалог, то у них есть слух и голос.

– Ещё проверь их обоняние, - мрачно пошутил Дубов.

– И ещё не забывайте, что там внутри какое-то электромагнитное поле, - добавил Генри, - может быть, они используют его?

– А нас они не видят в нём?

– Я бы сказал, что теоретически должны, если бы не убедился в обратном.

– Значит, дело тут в чём-то другом, - сказал Спенсер, - но мы, по крайней мере, можем оставаться незамеченными и это хорошо.

– Но с другой стороны, - продолжал инженер, - меня не покидает чувство, что они пришли туда только потому, что мы находились там.

– Они могли прийти и на звук, - ответил Алекс, - в тишине корабля открытие двери можно услышать на другом его конце, если иметь отменный слух.

– Возможно. На всякий случай я завтра возьму специальный компьютер. Попробую уловить это поле, если оно есть. Тогда уже можно будет что-то говорить.

– Это будет хорошо. Ладно. Значит, завтра утром мы выдвигаемся в жилой сектор. Посмотрим, что там можно найти.

– Возможно, кто-то из живших там вёл дневник или что-то вроде того, - сказал Дубов.

– Есть такая вероятность.

– Да. И в библиотеке тоже можно будет посмотреть, - добавил Генри, - мало ли у них немного другой регламент и там хранились какие-нибудь документы.

– Да. Это не исключено. Это можно поискать. Заодно там можно заглянуть в хроники. Возможно, они тоже что-то расскажут. Уж они-то должны быть.

– Думаю, да, - кивнул инженер.

– Значит, вот здесь мы пойдём прямо, - Спенсер указал на плане, - проходим мимо школы, и вот библиотека. В принципе реально дойти. Надеюсь, нам опять удастся с ними разойтись.

– Может передумаешь по поводу оружия?

– Мы это уже обсудили, Генри, - мягко сказал Алекс.

– Как знаешь, - ответил инженер.

– Я возьму огнемёт. Им будет проще прикрыть двоих. К тому же, если они действительно очень быстрые, от лазера у них ещё будет шанс увернуться. А вот от огня нет.

– Огнемёт такое оружие, что не применишь просто так. Они ведь подходят близко, - сказал Хиген.

– Да. В упор им не будешь жечь, это уж точно. Будем стараться увеличивать дистанцию. Но лучше всё же не попадаться.

– Это да, - поддержал инженер, - ещё главное, чтобы там система пожаротушения не работала, а то всё насмарку.

– Там двери работают один раз из десяти, а ты говоришь о пожаротушении, - усмехнулся Алекс.

– Хотя да. Но мало ли, - пожал плечами Генри.

Применение огнемёта в замкнутом пространстве корабля было рискованно ещё по одной причине. Открытое сгорание топлива выжигало дыхательный кислород. А если учесть, что система рециклинга на двадцать первом скорее всего не работала, можно было и задохнуться. Брать дополнительный запас кислорода значило ограничивать подвижность, и Спенсеру оставалось надеяться только на две вещи - либо что огонь применять не придётся, либо что после применения им хватит стандартного запаса кислорода в скафандре, чтобы отступить на "Фарадей-14".