И все же воображаемое присвоение "моя Эва" в воображаемом обвинении умилило.

– Прощаю, - выдал Мэл с величием короля, и я воззрилась на него в удивлении.
– Но лишь потому, что на прошлой неделе мы оба куролесили.

– А...
– хотела сказать, что и спрашивать не буду, если надумаю украсить все пальцы на руках и на ногах татуировками, но промолчала.
– А ты как куролесил? Полол грядки в оранжереях у Ромашки?

– Полол, полол, - обнял он меня.
– Полол и скучал. Вырву травинку и о тебе думаю. И вместо сорняков повыдергал полгектара шоколадной свеклы.

– Ну да, - протянула с сомнением, возобновив написание кренделей на груди Мэла.
– Так я тебе и поверила!

– У кого угодно спроси! ... Да вот у Мака! Хочешь, позвоню ему, и убедишься, что не вру?

Я рассмеялась:

– Значит, теперь в меню столовой появятся шоколадно-овощные пудинги.

– Фу-у, - скривился Мэл.
– Что получилось?

– Где?

– Вот здесь, - похлопал он по груди.

Я смутилась. Все-таки Мэл уследил за невидимыми письменами.

– М плюс Э равно что?
– он схватил мой палец и, потянув, поцеловал руку.
– Классная у тебя кровать!
– отвлекся, покачиваясь.
– Я банок восемь выдул, не меньше, а действие "Энергетика" скоро кончится. Могу отрубиться в любой момент. Нужно бы еще купить.

– Мэл, нельзя увлекаться. Сейчас ты в тонусе, а потом будет хуже.

– Не волнуйся. Слушай, ты не проголодалась? Я со вчерашнего дня не ел. Только сейчас понял, что сожр... съел бы слона.

– А у меня нет ничего, что можно пожевать, - растерялась я, вспомнив, что отдала остатки припасов Радику, рассчитывая сменить рацион и накупить вкусностей.

Мэл перевернул меня на спину и навис сверху.

– Запомни, Эвочка, жуют коровы травку, а мужчинам нужно мясо. Горы мяса, чтобы вгрызаться и насыщать организм калориями, - защекотал меня, вызвав писк и визг.

– А где же... я его... возьму?
– выдавила сквозь смех.

– Поехали, где-нибудь поедим.

– Ну... не знаю....

Соглашаться или нет? Не успела я вернуться домой, как мне снова предлагают куда-то отправиться. Этак забуду, как выглядит швабровка, и о сессии не вспомню совсем. К тому же после случившегося в "Вулкано" как-то боязно заглядывать в места, где много народа.

– Поехали, - упрашивал Мэл.
– А то свалюсь без сил.

Его довод убедил. Хватит хлестать пустые тонизирующие коктейли. Они поддерживают организм некоторое время, но наступает предел, после которого обрушивается усталость. Возможно, сытый желудок прибавит Мэлу сил и сгладит обострение.

– Хорошо. Но мне нужно их снять.
– Я прикоснулась к прическе, в которой намертво укрепились синие сверкающие слёзки.

– Зачем? Поехали так.

Вот ведь мужчины! Не понимают, что на приеме вечерняя укладка смотрится кстати, а в повседневности выглядит странно и смешно.

– Мне неудобно. Позвоню своей стилистке. Если она дома, быстренько сбегаю, и она снимет.

– У тебя и стилистка есть?
– спросил Мэл, посмеиваясь.

– Есть, - ответила я с вызовом.
– Отвернись или закрой глаза, мне нужен телефон.

Конечно же, он не подумал послушаться, пока я шмыгала за пакетом. Точнее, для виду зажмурился, но ровно на две секунды.

– Мэл!
– возмутилась я, прикрывшись простынкой.

Рассмеявшись, он обнял меня сзади и поцеловал в висок:

– Не заставляй не смотреть на тебя. Все равно не удержусь.

Выудив из пакета зелененькую "Приму", я включила её. На экране высветились шестнадцать пропущенных вызовов от Мэла, датированных сегодняшним числом.