Город оборвался внезапно. Перед нами расстилалась ровная лента шоссе, и «Мицубиси» сразу резко увеличил скорость. Машин тут было мало. Я пригнулась к рулю. «Кавасаки» несся как пуля, но я все-таки начинала отставать. Скорость у меня сейчас была сто пятьдесят, и больше маленький байк выжимать не хотел.

Ничего, урод! Даже если ты сейчас уйдешь от меня, я все равно тебя достану. У Янины в сумочке мобильный телефон. Полиция в два счета найдет место, где находится маленькая серебряная «Моторола» Яны Кирпичёвой!

Словно прочитав мои мысли, «Паджеро» принялся тормозить. Обрадованная, я увеличила скорость до предела, выжимая из «Кавасаки» всех его лошадей. Так, если мне сейчас под колесо попадет камень — кранты…

Тонированное стекло со стороны водительского места поползло вниз, высунулась мужская рука и вышвырнула на дорогу сумочку Янины. Я выругалась. Все! Теперь, если похититель потеряется, мне его не найти! В это мгновение в окне мелькнуло лицо, и я едва не потеряла равновесие, что на такой скорости равносильно самоубийству. «Кавасаки» вильнул, но выровнялся. Я узнала похитителя. Это был мой буйный сосед по дому, бывший спецназовец по имени Денис…

Сосед закрыл окно и прибавил скорость. Дорога была совершенно пуста, и мы неслись как на тест-драйве. И тут мой байк кашлянул — раз, другой. Перебои с топливом? Что за дела?! Мне пришлось сбросить скорость. Топливо было на нуле. Парнишка не потрудился заправить своего железного коня как следует…

Мне оставалось только смотреть, как уносится вдаль похититель. Как я взгляну в глаза Александру Арнольдовичу?! Как спасти Янину Кирпичёву? Что может быть нужно похитителям на «Мицубиси» от скромной прилежной студентки почти восемнадцати лет от роду? Терзаясь этими вопросами, я катила «Кавасаки» в сторону города. Ближайшую заправку мы проехали давно… Наконец я остановила какого-то мужичка на «девятке» и разжилась бензином. Владельцы отечественных машин частенько возят с собой запасные канистры. О том, чтобы преследовать «Паджеро», не могло быть и речи. На такой скорости он через пару часов пересечет границу области, и ищи его… На обратном пути я подобрала сумочку Янины. Быстро осмотрела и застонала от разочарования. Телефон лежал в кармашке.

Я поехала в сторону города, высматривая дэпээсников. Вот когда не надо — они тут как тут! А когда нужны — не дозовешься…

Я плюнула на гордость и позвонила человеку, которого стараюсь не напрягать без крайней необходимости. Это был подполковник Воронцов, с которым меня связывал давний роман. Обычно я не смешиваю работу и личное… Но тут был исключительный случай.

— Евгения? — изумился подполковник. — Какими судьбами? А мне сказали, что тебя убили весной…

Ну, замечательно!

— Что ж на похороны не пришел? — съязвила я, не удержавшись.

Воронцов промолчал.

— У тебя какое-то дело ко мне? — сухо спросил мой бывший любовник.

Вообще-то мы сохранили дружеские отношения, пару раз после расставания просто поужинали вместе, пересекались по делам… Раз Воронцов разговаривает сквозь зубы, это означает только одно — он в курсе того, что обо мне говорят и пишут… Ну, Динара! Ты мне заплатишь и за это тоже!

— У меня форс-мажор, — честно призналась я. Быстро и четко я изложила подполковнику основные события сегодняшнего утра. Воронцов не выносит, когда «рассусоливают». Он в самом деле занятой человек.

— Умеешь ты, Охотникова, влипать в неприятности! — с тоской сказал Воронцов. — Ну ладно, подъезжай. И деда этого привози, пусть напишет заявление…

И вот я вернулась на то же место, с которого началась погоня. Парнишка был на месте — ждал, как я ему и велела. Я вернула мальчику мотоцикл, посоветовала держать бак полным, сунула тысячерублевую купюру за моральный ущерб и побрела в сторону дома.

В боку у меня противно ныло, ноги дрожали, голова кружилась. Но это мелочи. Мне предстояло самое неприятное — сообщить Кирпичёву, что его внучка похищена…

Александр Арнольдович открыл мне дверь, улыбаясь, и тут же улыбка замерзла на его лице.

— А где… где Яночка? — пятясь в квартиру и хватаясь за сердце, спросил старик.

— Александр Арнольдович, вы только не волнуйтесь. Дело в том, что Яну похитил неизвестный злоумышленник. Но мы обязательно ее найдем, обещаю вам.

Кирпичёв сделал шаг вперед и вдруг ударил меня по лицу. Я остолбенела. Это был так, не удар, а скорее пощечина, но тем не менее!

— Я вам верил! — тонким голосом выкрикнул старик. — Я вам доверил самое дорогое, что у меня было, — Яночку, а вы… Значит, правда то, что о вас говорят. Убирайтесь, я не могу вас видеть!

И сосед повалился в кресло, закрыв лицо руками.

— Боюсь, так не получится, — сказала я, опускаясь на колени, чтобы быть вровень со стариком, и легко касаясь его руки. — Александр Арнольдович, я признаю, что виновата. Я допустила ошибку — недооценила степень опасности. Но поверьте, то, что вы мне рассказали, никак не тянуло на серьезное преступление! Какие-то малолетки… Между тем похититель Яны — взрослый мужчина, физически очень крепкий… И я его узнала. Знаете, кто это был?

Кирпичёв поднял голову.