— Здравствуй, Леонтий! Договорился с рекой? Согласна подчиниться?

— Договорился, ваше превосходительство. Согласна.

— Это хорошо. С чего начнешь?

— Канал открою да сваи бить начну. Главное, чтобы народу в достатке было. Остальное — моего ума дело.

— Справишься?

— Вы людей поболее давайте. Работа тяжелая, опасная. Работников часто менять буду, чтобы дело скорее шло. Лес на сваи хороший заготовили, смотрел. Завтра, думаю, и начнем.

— С Богом, Леонтий, не подведи.

— Злобины отродясь никого не подводили.

— Хорошо. А люди будут. Указ я написал. Днями первая партия прибудет. А пока обходись солдатами…

На деревенский сход пришли все — от мала до велика. Зазвучала барабанная дробь. Офицер начал зачитывать указ Геннина. Из толпы послышались крики несогласных. Народ зароптал.

— …Приписных крестьян мужеска пола из слобод: Арамильской, Арамашевской, Багарякской, Белослудской, Белоярской, Исетской, Калиновской, Каменской, Камышевской, Камышловской, Катайской, Колчеданской, Красноярской, Мурзинской, Невьянской, Новопышминской, Окуневской, Пышминской, Тамакульской, Шадринской. Прибыть в уктусский завод для строительства плотины. Согласно распорядку работ, прибыть…

Из толпы закричали:

— А от подушной освободят?

— А сеять-то дадут?

— Так когда еще сеять-то!

— На день пойдешь — на год пропадешь!

— Да когда барин не обманывал нашего брата!

— А деньги платить будут?

Офицер ответил:

— Сказано же, вольным за плату!

Шумит, гудит толпа. И не поймешь, то ли ропщет, то ли интерес проявляет. Дело-то новое. Плотина. Завод. Может, хоть что-то в жизни изменится…

Берег Исети. Рабочие строят плотину. Здесь же и Злобин. Появились Геннин и Блюэр. Геннин подошел к Леонтию.

— Как живешь, мастер?

— Плохо, господин генерал.

— Что так?

— Жрать нечего. Крестьяне домой отпрашиваются за харчишкой — не возвращаются. Солдаты, так те и вовсе бегут.

К ним начали подтягиваться строители.

— Надо потерпеть, братцы. Благо весна уже. Снабжение деньгами и продовольствием будет налажено. Это я вам твердо обещаю. Я прошение уже послал самому государю императору.

— А много ли добавят? — спросил один из рабочих.

— На три деньги.

— На три — это хорошо, — одобрил другой.

— А у Демидовых супротив здешнего вдвое плотют, — вставил третий.

— Бегут к Демидову-то. От него взад не возьмешь, — заключил первый.

— Знаю, знаю все, братцы. Слово даю, разберусь. А беглецов буду карать нещадно. Нас сюда император послал не в бирюльки играть, а важное государственное дело вершить. Беглых казнить буду. Так и передайте всем.

— Не побегут от того пуще? — спросил Блюэр.

— Нет, — твердо ответил Геннин. — Десятерых повешу — сотню от побега уберегу… [8]

— Болезных много, — заметил Злобин.

— Я распорядился уже. Из Тобольска вызвал полкового лекаря. Скоро будет. Держитесь, ребята. Бог не оставит нас.

— До Бога далеко… — сказал кто-то.

— Да, церковь надобно здесь поставить, — не совсем поняв смысл оброненной фразы, заключил Геннин.

Предложение особого восторга не вызвало. Геннин развернулся и молча ушел. Блюэр вслед за ним. К Геннину верхом подъехал Татищев.

— Виллим Иванович! С Ивделя человек пришел, говорит, что вогульский охотник там руду железную нашел. Надо ехать, пока демидовские не пронюхали!

Геннин преобразился. В глазах загорелся живой огонек.

— Давай, Татищев. Бери четверых солдат в охрану, провианту в дорогу, подарки там какие. Да не забудь несколько ружей с припасами взять для вогулов. Не тебя учить. В добрый путь.

Татищев стегнул лошадь и исчез. Геннин и Блюэр отправились дальше.

Татищев, в сопровождении четырех конных солдат, въехал в стойбище вогулов. На берегу реки стояли жердевые сараи с берестяными крышами, между ними, как младшие братья, притулились берестяные чумы. В отдалении, словно надзирая за семейством, высился бревенчатый прямоугольник дома старейшины. На поляне, посредине деревни, резвились дети и что-то стряпали женщины. Мужчины сидели в сторонке и степенно вели беседу. Татищева и солдат тотчас окружили любопытные дети, да и взрослые не прочь были поглазеть на чужаков.

— Здравствуйте, я помощник губернатора, капитан Татищев. Приехал к вам по государственному делу.

Гостей встретил старейшина:

— Здравствуй, Татищев-отыр. Слыхали мы о тебе. Будь гостем, у нас праздник, у охотника Кынлабаза сын родился! Новый человек у нас появился!

— Поздравляю! Мне нужен охотник Артанзей. Говорят, он где-то в этих местах руду нашел. Хотел бы посмотреть на нее.

— Ну, как скажешь. Если надо, тогда пойдем ко мне в дом.

В этот момент к старейшине подбежали детишки и стали что-то лопотать ему на своем языке.