Я бегом выскочил на восхитительный свежий воздух свободы. По дороге в отель зашел в агентство по найму машин, предъявил кредитную карточку и продолжил свой путь уже в открытой машине.

Из своего номера я позвонил Фрэн Джордан и кратко перечислил все, что случилось со мной в Провиденсе.

— Похоже, вы попали в неприятности, Дэнни? — равнодушно проговорила она, когда я закончил. — Вы собираетесь вернуть деньги клиентке?

— Вернуть Марте Хейзелтон две тысячи долларов? — завопил я. — Чего ради?

— Она наняла вас, подозревая, что убили ее брата, и опасаясь, что сестра подвергается той же участи, — осторожно ответила Фрэн. — Но ее сестра погибла, верно?

— Если я когда-нибудь и заслуживал плату, то именно в этом случае! Вы понимаете, что мне грозит обвинение в наезде со смертельным исходом?

— Дэнни, вы мне звоните из Род-Айленда, чтобы поссориться?

— Нет! Свяжитесь с Джимми Риганом и введите его в курс. Если они пришьют мне это дело, я хочу, чтобы он подключился и вытащил меня.

— Джимми Риган… — повторила Фрэн. — Кто это? Один из ваших друзей гангстеров?

— Это адвокат, — сдавленным голосом ответил я. — Один из лучших в Нью-Йорке.

— Хорошо, я его разыщу. Что еще?

— Пока ничего… А как ваши дела с вложениями на Среднем Западе?

— Его жена заинтересовалась, почему он так долго задерживается в Нью-Йорке, и прибыла вчера вечером, чтобы проверить. Теперь она сама занимается инвестициями.

— Прокол… А новых клиентов не было?

— Нет, но старик снова приходил сегодня утром за арендной платой. Да, я хочу сказать вам кое-что, Дэнни, насчет субботнего покера. Когда вам понадобится алиби, вы всегда можете сказать, что провели эту ночь у меня. Я готова подтвердить это.

— Фрэн, это просто замечательно с вашей стороны! — растрогался я.

— Пустяки! — спокойно возразила она. — Мне просто нужно было рассчитаться. Каждый раз, когда мне надо отпереться от свидания, я ссылаюсь на то, что собираюсь провести ночь у вас. Поэтому справедливо, чтобы и вы могли поступать так же.

Она уже повесила трубку, а я продолжал задыхаться от злости. Под конец я вспомнил о единственной возможности утешиться в подобном случае — о лекарстве, которое можно было найти в баре.

Полчаса спустя, чисто вымытый, в чистой одежде, с «магнумом» под мышкой, я почувствовал себя гораздо лучше. В баре нашлась бутылка коньяка, и жизнь можно было бы считать прекрасной, если не вспоминать про лейтенанта Грира. Не говоря уже о мерзкой истории с катализатором.

Налив себе еще выпить и устроившись в кресле, я погрузился в размышления. Через четверть часа детальный план действий был готов. Я просто сяду в машину, поеду на ферму, постучу в дверь, войду и посмотрю, как идут дела. Подумав еще немного, я не обнаружил в своем плане никаких пороков. Достоинств в нем тоже было не густо, но выбирать мне не приходилось.

В дверь деликатно постучали. Я открыл и увидел на пороге Сильвию Вест с нерешительной улыбкой на лице.

— Дэнни… — проговорила она, — я узнала, что полиция тебя тебя освободила… Какая прекрасная новость!

— А ты, детка? Как твоя память? Провалы еще не восстановились?

— Об этом я и хочу поговорить, Дэнни. Можно войти?

На ней были черный кашемировый пуловер и плотная белая юбка. В волосах я не заметил соломинок, но воспоминания тем не менее были свежи.

— Ну конечно же! Какое счастье, что ты не забыла мое имя!

Она устроилась в кресле, я спросил, не выпьет ли она коньяку. Ответ был утвердительный, и я налил ей, а заодно и себе. Потом сел напротив.

— Да, я солгала лейтенанту, что не помню, как мы ходили с тобой в свинарник, Дэнни, — начала она. — Я очень об этом сожалею, поверь мне, но я не смела сказать правду.

— Почему?

— Я слишком боялась.

— Боялась чего? Правды?

Сильвия покачала головой:

— Нет, того, что могло случиться, если бы я сказала правду.

— Я этого не понимаю, — честно признался я.

— Ты не представляешь себе атмосферу, которая царит на ферме последние двадцать четыре часа! Это дом страха…

— «Слушайте на следующей неделе продолжение нашего сериала!» — усмехнулся я. — Оставь ты эти избитые приемы: широко открытые голубые глаза, фразочки типа «Обними меня покрепче, дорогой, я так боюсь!». Наверняка у тебя были другие причины, чтобы скрыть правду от Грира!

Она равнодушно пожала плечами:

— Ну что ж, Дэнни, не хочешь мне верить — не надо. Мне не следовало сюда приходить. — Она встала и медленно направилась к двери.