Профессор казался обеспокоенным. Он то снимал очки, то водружал их обратно на переносицу, теребил панамку, сосредоточенно глядя на сумку Вадима.

Мысленный вердикт Вронской выглядел следующим образом: «Трусит, как и я. Наверное, купил эту экскурсию ради своей обожаемой Ирочки, а теперь мечтает о том, чтобы наш микроавтобус сломался посреди пустыни. Жарко, зато никакого дайвинга».

Света старательно притворялась спящей на плече Вадима. Ее выдали побелевшие костяшки напряженно сжатых кулачков.

Поборов в себе желание вырваться из машины, Лика уставилась в окно. Но мелькавшие там пальмы, магазины и сидящие на корточках арабы, которые лениво провожали черными глазами микроавтобус, не избавили ее от нехороших предчувствий…

Когда-то катер, видимо, сверкал белизной боков. Русских туристов он встретил изъеденной ржавчиной краской, истошным скрипом металлической лестницы, потемневшей от времени палубой и подозрительным чавканьем, доносившимся из моторного отсека.

– Сафар, – представился невысокий обаятельный парень. Его черные вьющиеся волосы трепал теплый соленый ветер, и юноша периодически откидывал их назад широким размашистым движением. – Сейчас подберем вам костюмы, и я расскажу об основных принципах работы оборудования. У кого-нибудь из вас уже есть опыт погружений?

Вадим выступил вперед:

– Да, у нас с женой. И снаряжение у нас свое.

– Тогда, – инструктор одобрительно просканировал Свету с головы до ног, – просто полюбуйтесь морем. А остальные – за мной…

Трубки, маски, ласты, жилеты, какие-то тапочки, которые Сафар, отлично говоривший по-русски, упрямо именовал «боты», – все это извлекалось из шкафа в узкой каюте и вручалось туристам.

Лика почувствовала приступ паники, сменившийся вскоре робкой надеждой.

– Даже не знаю, – расстроенно сказал Сафар. – Вы такая миниатюрная, и рост небольшой… Вот примерьте – это детский костюм, но остальные на вас будут болтаться.

«Не влезаю, не влезаю, не влезаю», – радовалась Вронская.

Но последний рывок – и бедра все-таки втиснулись в прорезиненную ткань. Молния застегнулась и вовсе без усилий.

«Из радующих мужчин выпуклостей у меня выросла только попа», – подумала Лика и сделала пару шагов. Не самый комфортный вариант одежды для прогулок, но для недолгого погружения сойдет.

– Очень сексуально, – улыбнулся Сафар и озабоченно посмотрел на Тимофея Афанасьевича: – У вас нет проблем с давлением?

Гидрокостюм профессору удивительно шел. Нескладный, сутулый Романов, затянутый в черную ткань, приобрел облик если не суперагента, то по меньшей мере начальника космического экипажа.

– Голубчик, – мягко сказал Тимофей Афанасьевич. – В моем возрасте есть проблемы совершенно со всем. Но это ничуть не уменьшает моей решимости увидеть морские глубины. Флора и фауна Красного моря уникальны. Стены рифов уходят в глубину более чем на восемьдесят метров, здесь обитает свыше тысячи видов рыб и ста пятидесяти типов кораллов…

– На восемьдесят метров мы погружаться точно не будем, – рассмеялся инструктор. – Хотя многие, я уверен, после первого погружения «заболеют» дайвингом и поставят собственные рекорды. А теперь слушайте меня внимательно.

– Так, ребята, вам это не требуется, – Лика бесцеремонно оттолкнула Свету и Вадима и вплотную приблизилась к инструктору. – Понятно, сюда дышать, сюда смотреть, этого не трогать… Запуталась!

Как же ей хотелось туда, где виднелась светлая полоска берега! Легкая рябь зеленоватых волн за бортом, холодно-равнодушных и спокойных, не вызывала ни малейшего желания узнать, что скрывается на дне морской пучины.

И этот зловещий крик чаек, кружащих над покачивающимся по соседству катером. Ведь кто-то может себе позволить просто бросать крошки в соленый ветер, никаких масок и трубок…

– Успокойтесь, пожалуйста, – Сафар коснулся ее плеча. – Я все время буду рядом. Вы можете быть совершенно спокойны!

Услышав последние фразы, Паша нахмурился, но в глазах Лики стыл такой глубокий страх, что он махнул рукой.

– Поревную тебя в другой раз, – буркнул бойфренд. – Главное – чтобы ты, любимая, успокоилась. А сам я, кстати, не волнуюсь ни капельки!

– Предметы под водой кажутся ближе и больше, чем они есть на самом деле. Это нарушение рефракции, вызванное пластиком маски. Кораллы не рвать, к морской живности не прикасаться, – Сафар отдал последние распоряжения и повернулся к Лике. – Пойдем, самая боязливая!

Она все еще на что-то надеялась:

– Потом, после всех…

Проводив взглядом погрузившиеся под воду головы в масках, Лика сжала губами наконечник трубки и по узкой лестнице спустилась в море. Плавающий на поверхности Сафар, как и обещал, сжал ее руку в перчатке. Она бросила последний взгляд на ослепительно синее небо и крепко зажмурилась.