Если так, кто позаботится об остальных? Что будет с ними, если его захватят в плен и будут проводить над ним эксперименты? Ничего не могло быть хуже, чем если бы Лиз смотрела на него и видела нечто отвратительное, нечто пугающее.

Макс понимал, ему нужно немедленно что-то сказать, но не знал, с чего начать.

Лиз крутила браслет на своем запястье. «Парень, она и так достаточно натерпелась, без тебя, стоящего тут и пялящегося на нее», - подумал он.

– Итак, э-э… как ты себя чувствуешь? – спросил он.

«Как ты себя чувствуешь. Ничего глупее придумать не мог?» – подумал он.

– Меня все еще немного трясет, - ответила Лиз. – Но это нормально, верно? Ничего не могу поделать с адреналином, курсирующим по всему телу. Наверно, выпила слишком много кофе…

– Да, - сказал Макс. – Когда я был ребенком, меня чуть не сбила машина. Так мое сердце колотилось как сумасшедшее, наверно, целый час. Я ехал на велосипеде. Не помню, сколько лет мне было тогда, но я все еще считал, что цеплять игральные карты на спицы – это круто, так что…

– Макс, давай просто остановимся. Мы оба совсем заболтались, - прервала его Лиз. Она сделала глубокий вдох, затем продолжила. – Я солгала всем, как ты и просил меня. Но мне нужно знать, что произошло на самом деле.

– Хорошо. Ты права. Больше никакой болтовни. Никакой болтовни, которая позволила бы мне уйти от ответа. Нет…

– Макс!

– Ладно, ладно. Но прежде, чем я начну… точно нет никаких шансов заставить тебя поверить в ту историю с бутылкой кетчупа? – спросил он.

Лиз усмехнулась.

– Думаю, что нет.

Она вытащила рубашку из джинсов.

Что она делает? Во рту у Макса пересохло. Он изо всех сил старался сохранять безразличное выражение лица.

Лиз медленно приподняла рубашку, обнажив кожу живота. Макс шумно выдохнул, увидев два сияющих серебристых отпечатка ладоней. Его ладоней.

– Они бы не остались от бутылки кетчупа, - сказала Лиз.

Она потянулась и взяла его руку в свои. Макс все еще сдерживал себя. Что ему делать? Чего она хочет от него?

Долгую минуту Лиз смотрела на него, а затем приложила руку Макса к своему животу. Она совместила ладонь Макса с серебристым отпечатком, осторожно передвигая каждый палец.

«Чувствует ли она, как я дрожу?» – подумал Макс. Занимаясь ее исцелением, Макс был полностью сосредоточен на том, как растворить пулю и заживить рану. Но теперь… теперь его переполняло ощущение мягкости и гладкости кожи Лиз. Такой теплой под его ладонью.

Макс присел подле Лиз. Она продолжала прижимать его руку к животу.

– Ты сделал это, Макс. – Сказала она. Голос переполняли эмоции. – Ты спас мою жизнь. Как?

Он медленно отнял руку. И Лиз опустила рубашку.

– Я не знаю, с чего начать. – Признался он.

– Просто расскажи мне. Что бы там ни было, просто расскажи. – Сказала Лиз.

«Это Лиз», - напомнил себе Макс. Они вместе ходили в школу с третьего класса. Если бы Максу нужно было выбрать одного человека, чтобы поведать правду о себе, этим человеком должна была стать Лиз. Она никогда не бывала равнодушна к людям. «Так что давай, сделай это». – Подумал он.

– Ты знаешь, что меня усыновили, так ведь? – спросил он.

– Ну, да. – Лиз ждала.

– Мои родители, мои настоящие родители мертвы.

– О боже, Макс. Это ужасно. – Ответила Лиз. – Я не знала. Ты помнишь о них что-нибудь?

Типичная Лиз. Она уже забыла о себе, о вопросе, на который хотела получить ответ. Теперь она полностью сконцентрировалась на нем.

– Я совсем их не помню. Хотелось бы… - ответил Макс. – Но я думаю… думаю, что унаследовал исцеляющую силу, которую испробовал на тебе, от них.

Лиз хотела ответить, но Макс заторопился. Если он не продолжит рассказ, то испугается и вообще ничего не скажет.

– Мои родители погибли во время кораблекрушения в Розвелле. Они… они не были людьми. Так же, как и я. Поэтому я умею проделывать такие штуки, ну, ты поняла, лечить. Руками.

Повисла долгая, неловкая пауза. Лиз отодвинулась от Макса. Когда она наконец заговорила, голос прозвучал чересчур спокойно.

– Не знаю, чего ты ожидал от меня. – Сказала она, стараясь не встречаться с Максом глазами. – Следует ли начать с крушения НЛО, якобы произошедшего более пятидесяти лет назад, в то время как ты – всего лишь старшеклассник? И твои родители мертвы намного дольше, чем ты живешь.