– Постой-ка, - позвал мистер Хьюз, когда Майкл проходил мимо кухни. – Задний двор похож на джунгли. Я хочу, чтобы ты скосил траву прежде, чем куда-то уйдешь.

– Через полчаса стемнеет, - возразил Майкл.

Мистер Хьюз только ухмыльнулся. Майкл терпеть не мог эту его ухмылочку.

– Значит, тебе стоит работать быстрее, не так ли?

Майкл не хотел ругаться с этим человеком. Оно того не стоило. Он изо всех сил старался говорить спокойно.

– Есть какая-то причина, по которой вы не могли попросить меня скосить газон утром, после обеда или хотя бы час назад? Макс дожидается меня на улице.

– Значит, ему придется подождать. Позови меня, когда закончишь. Хочу проверить проделанную работу до того, как ты куда-нибудь смоешься.

Майкл ненавидел все эти силовые игры, в которые мистер Хьюз всегда играл с ним.

Хьюз совсем запустил задний двор. Его старый зеленый грузовичок был водружен на блоки в дальнем конце еще до того, как Майкл переехал сюда. А участок давно зарос травой, но Хьюзу было все равно. Он заботился лишь о том, как показать Майклу, кто именно обладает властью.

«Меньше чем через год мне исполнится восемнадцать, - подумал Майкл. – Тогда я уйду отсюда. Больше никаких детских домов. Никаких приемных родителей. И никаких убеждений в том, что бесконечная вереница чужих людей – это моя семья».

– Хорошо. Я буду косить газон. – Пробурчал Майкл. Затем он вышел через дверь и тихонько затворил ее за собой. Он устремился к джипу Макса, чтобы попросить подождать его…

Но когда он уже добежал до джипа, внезапно переменил намерения. Забыть Хьюза. Забыть этих идиотов из социальной службы опеки, которые полагали, что водворить его в дом незнакомцев означало – окружить его заботой. Он просто не мог справиться с этим сегодня. Не мог стоять на заднем дворе, в то время как Хьюз проверял бы его работу, находя десятки мелочей, которые Майкл забыл выполнить или выполнил неверно.

Он забрался в джип и велел Максу:

– Гони!

Макс не задавал вопросов. Он просто тронул автомобиль вниз по улице, мимо ухоженных домов и аккуратных двориков южной оконечности.

Майкл успел пожить во всех частях города – от захудалого квартала возле старой военной базы до исторического района с большими домами и высокими деревьями. В историческом районе жить было здорово. Ни то чтобы его заботили хорошие дома, просто ему нравилось жить поблизости от Макса и Изабель.

– Куда? – спросил Макс, когда они выехали за город; плоская пустыня простиралась на многие мили вперед.

– Я хочу проверить то арройо1, что мы видели на обратном пути на прошлой неделе. – Майкл вытащил из кармана помятую карту. Затем он открыл бардачок, схватил карандаш и принялся заштриховывать область, которую планировал обследовать сегодня. Она располагалась примерно в шестидесяти милях от Розвелла и в пятнадцати – от места крушения.

Макс посмотрел на него.

– Еще пару лет, и ты закрасишь половину Нью-Мексико.

– Вряд ли, - ответил Майкл. За несколько лет они покрыли большую территорию. Но Майкл хотел большего. Он готов был заниматься обследованием весь день, каждый день, а не раз в неделю.

– За все это время мы так ничего и не нашли. Возможно, мы слишком отдалились от места крушения. – Сказал Макс.

– Может быть, далеко для того, чтобы найти обломки, но я по-прежнему считаю, что корабль спрятан где-то в пустыне, не далее, чем в нескольких часах езды от места падения. – Ответил Майкл. – Они бы не стали рисковать, чтобы увезти его дальше. Слишком много людей тогда пришлось бы вовлечь. И возникло бы много вопросов.

Макс что-то невнятно пробурчал. Майкл знал, что Макс сомневался в том, будто они когда-нибудь найдут корабль. А Изабель твердила, что они дураки, раз продолжают поиски. Она отказалась от этого занятия давным-давно. Но Майкл не собирался сдаваться. Так что Макс продолжал выезжать с ним в пустыню каждую неделю, пока Майкл этого хотел. Майкл мог рассчитывать на Макса. Всегда мог и всегда будет.

Майкл включил радио. Ему не хотелось разговаривать, и Максу, похоже, тоже. По всей вероятности, он думал о Лиз.

Майкл не знал, что девушка сказала Максу, когда они остались наедине в его комнате. Но что бы там ни произошло, он был просто раздавлен. После ее ухода Макс сказал Майклу и Изабель, что Лиз сохранит их секрет. Он пообещал, что больше никогда не подвергнет их опасности. Однако в голосе Макса не прозвучало радости или даже облегчения, а выглядел он так, словно его ударили под дых.

Лиз не могла осознать истину. Майкл был в этом уверен. Наверно, она повела себя с Максом как с каким-нибудь уродом.

«Мы здесь чужаки, - подумал Майкл. – И никогда не сойдем за своих». Он никогда не чувствовал себя принадлежащим этому месту, даже живя тут. Поэтому и искал выход. Чтобы вернуться на свою родную планету, в свой настоящий дом, любыми способами. Возможно, у него остались там какие-то родственники.

Майкл следил за тем, как солнце садилось все ниже и ниже, окрашивая небо розовым и оранжевым. Медленно краски потускнели, и небо сделалось темным, начали появляться первые звезды.