— А что же, теперь миссис Уизли сможет шастать к нам в поместье, как к себе домой? — спросила Эйприл у случившегося поблизости Фенелли.

— Теоретически да, чтобы проверить, как поживает Драко. А практически Люциус может перекрыть ей все входы, — ответил тот с улыбкой. — Не скрою, мисс, я был в восторге от этого хода. Только вот последствия… Уизли ведь бедны, им очень нужны деньги!

— Так пусть заработают, — сказала девушка.

— Только не ляпните это вслух. Миссис Уизли выполняет святое предназначение женщины! У нее уже семеро, и, надеюсь, на этом она остановится… О каких пошлых деньгах тут может идти речь?

— Каких-каких… Золотых! — фыркнула она, и тут же миссис Уизли налетела на нее ураганом. — Ой…

— Ах, милочка! — выдохнула та, пылая энтузиазмом. — Это вы! Мерлин великий, так и уверуешь в провидение… Стать поручителем — это… это большая честь и огромная ответственность! А вы… у вас ведь нет детей?

— Нет, мэм, — улыбнулась Эйприл.

— О, ну тогда все ясно, обращаться с ними вы не умеете, — категорично заявила миссис Уизли, глядя на Драко. — У меня вот семеро, один другого здоровее, а маленький Малфой такой худышка… вы его что, голодом морите?

— Что вы, мэм, лопает он будь здоров как, просто у него такое сложение. На отца его посмотрите — высоченный и худой, но ведь оглоблей не перешибешь! — нарочито просто сказала Эйприл.

— Это все чепуха, — авторитетно сказала та. — Вы сделайте вот что…

— Мисс Кимберли, нам пора, — спас ее Малфой. — Миссис Уизли… премного благодарен вам за ваше участие, за вашу неоценимую помощь…

— Да, я…

— Я всегда буду рад вам и вашему семейству, но сейчас, простите, мне нужно забрать сына домой, он совсем измучился, вы же мать, вы же понимаете!

— О, конечно! — всплеснула та руками. — Конечно…

Эйприл отметила, как Люциус кивнул на миссис Уизли какой-то ярко одетой молодой женщине, вооруженной волшебным пером, должно быть, той самой репортерше. Что ж, если это поможет нейтрализовать Уизли…

— Идемте скорее, — одной рукой мужчина привычно подхватил Драко, второй взял под локоть Эйприл. Фенелли рассекал толпу, как ледокол, они шли следом — исчезать просто так не годилось.

— Удачи, мисс! — раздался слева глубокий бас, Эйприл увидела высокий цилиндр и фиолетовый сюртук и помахала в ответ.

— Когда это вы успели познакомиться с Дуайтом? — спросил Малфой.

— Мы сидели рядом, он уступил мне место с краю, потом еще юбку от стула отцепил, когда вы позвали, — ответила Эйприл. — Я же говорила, что непременно запутаюсь в подоле… А кто этот старичок?

— Скандальный тип, похуже Альфарда Блэка, — обронил он. — Но пользуется известным уважением. Впрочем, о нем в другой раз. Крис, дружише…

— Иди к черту, — любезно ответил тот. — Пойду раздавать скандальные интервью! Удачи!

К ним приблизился рыжий, начинающий лысеть мужчина, в котором Эйприл опознала мистера Уизли.

— Мистер Малфой, — начал он, глядя в сторону, — это… это крайне неожиданно, но в то же время…

На лице Люциуса было написано вселенское смирение.

— Это большая честь для моей супруги, но тем не менее, вы же понимаете…

— Разумеется, мистер Уизли, — ответил Малфой, — я Пожиратель смерти, пусть и оправданный. Но у моего сына нет клейма, и я вправе желать ему лучшей участи, чем та, что досталась мне самому, вы не находите? Ваша супруга, поистине мудрая женщина, сразу это поняла.

— О, конечно, — смешался тот. — Гм… Примите мои поздравления.

— Благодарю, — церемонно отозвался Люциус, отворачиваясь. — О нет, только не это…

К ним приблизилась сухопарая женщина в шляпе с птичьим чучелом, в лисьей горжетке поверх платья.

— Люциус… — произнесла она странным тоном, то ли осуждающим, то ли, напротив, довольным. — Не думала, что когда-либо скажу это, но я рада за вас.

— Благодарю, миссис Лонгботтом, — тот обозначил поклон.

— Однако вы могли бы попросить стать поручителем и меня, — сказала пожилая дама с явным намеком.

— Неужто вы согласились бы, миссис Лонгботтом? — прищурился Малфой. — После всего, что вам и вашей семье пришлось вынести от таких, как я?

— Хм… Вы правы. Я никогда не смогу забыть, что ваши свояки сотворили с моим сыном и невесткой, но… — она покачала головой, — ваш мальчик в этом не виноват. Неизвестно, конечно, что из него вырастет, но переносить грехи отца на невинное дитя — само по себе преступление. И уж тем более распоряжаться ребенком по своему усмотрению… право, не ожидала такого от Дамблдора!