– Шеф! Я с ними уйду, - сказал Кузя.
– До осени. Вор приглашал...

– Да зазноба у него там, - фыркнула Ирка.

– Значит, одно к одному, - согласился Веник.
– Клан! Всё самое лучшее - Кузе. Он, считайте, становится на просторах севера нашим полномочным и чрезвычайным представителей. Сколько оленей ты подготовил?

– Три верховых и четыре вьючных. Думаю, Пупа уговорю проехаться верхом - он ведь хромой, отстаёт на переходах. Ну, а, глядя на него, может и старина Нот оседлает рогатого.

– Ясно. Четыре вьюка по... сколько килограмм?

– Думаю, по тридцать. На каждый бок по одному.

– То есть в сумме выходит двести сорок килограммов. Неслабо. Но всё равно собирайся продуманно. Ларис! Есть у нас кожи на палатку?

– Есть. И ещё я сейчас маленький мех заканчиваю для передвижной кузни.

Посмотрел на Саню.

– Инструменты я собрал, даже наковаленку приготовил килограммов на восемь весом. Не знаю, из чего он там горн сложит, и откуда углей возьмёт, но железа и полосового и в прутках килограммов двадцать выделю.

– Кып! Ты нынче летом по воде туда же собирался. Не передумал?

– Нет, Шеф. Димка лодку из досок заканчивает четырёхвёсельную с рулём. Сам же говорил, что жир нужен.

– Конечно, нужен!
– всколыхнулась Любаша.
– Прошлогодний весь за зиму в светильниках спалили.

– Та-ак!
– озадачился Веник.
– Ещё на юг бригаду посылать за икрой и солью, да за пиритом. А людей-то у нас не прибывает. Новую пристройку ведь нужно возводить к тёплому дому, да настоящую баню рубить.

***

Зима нынче выдалась уж очень мелочная. То есть, без каких либо великих потрясений или существенных сдвигов.

Когда прокалили в чайнике пирит, результат просто сразу ошарашил - в пробулькавшей воде оказалась уже знакомая всем слабо-серная кислота. Из чего заключили, что перед подачей воздуха следовало шибче накалить чайник, тогда бы вышла сразу сильная. Но проверить не смогли - анализируемого вещества хватило только на одну пробу. Серу же, как всегда, выдал запах.

Из оставшихся после прожаривания комочков в закрытом тигле с углем выплавился чугун - его кляксу обнаружили на дне. Чугун, кстати, очень плохой - хрупкий. Годный, разве что, на сковородки. Но и им были бы рады. Если б металла хватило.

Из результатов опытов заключили, что пирит - это соединение серы и железа. То есть исключительно нужное сырьё. А уж как из него что получать - разберутся, когда проверят.

Ещё наука долго морщила репы над таблицей Менделеева - она на отдельном листе плотной бумаги лежала в учебнике физики. Там ещё на другой стороне целая таблица плотностей веществ и температур плавления.

Так вот! Если есть серная кислота, то, соответственно, в таблице нашлась и сера. Ещё помнили, что бывает азотная. Азот в таблице тоже отыскали. Но какому элементу соответствует соляная? Не нашли ни одного подходящего названия.

Подход к решению загадки нашла Пуночка. Капнула на соль серной кислотой. Все сразу всполошились от незнакомого резкого запаха и повыбегали из лаборатории. Следующие эксперименты ставили осторожно, в том же самом чайнике с верхним носиком, пробулькивая газ через воду.

Действительно, получили тоже кислоту. И ещё бесцветные кристаллы, которые были уже не той солью, а какой-то другой. Что с ними делать, никто даже представления не имел. Не знали и для чего применить кислоту, которая была довольно сильная, но не сильнее серной. То есть опыт имел чисто академическое значение.

Были и другие открытия, оценить значения которых никто не смог - много чего с чем смешивали, прокаливали, капали кислотой или варили в щёлоке. Каких только бяк не создали. Возможно, получалось и нечто полезное - но оценить это было некому.

***

– Саня! А можно эти шарики просверлить, чтобы нанизать на нитку?
– подкатила к кузнецу Пуночка, показывая на ладони крошечные чёрные бусинки.

– Нет. Они слишком маленькие. А у нас и сверла-то все толще, чем эти мушиные головки. Проколи их иголкой, и весь сказ.

– Не прокалываются - соскальзывает острие. И не режутся.

– А из чего они состоят? Ты ведь анализировала?

– В кислоте не растворяются, щёлок, даже кипящий, их не берёт, а больше их и попробовать нечем.