— А кто-то другой там ходит?

Реттиг пожал плечами:

— Ходит и ходит… Это своего рода зона отдыха в больнице. Больным из открытых отделений разрешено ей пользоваться. Там бассейн, маленькая капелла, кегельбан… всего понемногу.

— Из открытых отделений, — повторил Ян. — А они что, совершенно безопасны?

— Как правило, да… но кто знает, что им взбредет в голову. Так что надо быть настороже.

Это уж точно. Надо быть настороже. Все время надо быть настороже. Рами… Рами сейчас близко, как никогда, и он решается напрямую спросить у Реттига.

— А если ты на меня наткнешься там, внизу… поднимешь тревогу?

Реттиг помрачнел. Вопрос ему явно не понравился.

— Ты туда не попадешь, Ян… И что тебе там делать? Хочешь посмотреть, как психушка выглядит изнутри?

— Вовсе нет… Это вопрос не про меня, а про тебя. Я спросил — заложишь или нет?

— Мы друзья. — Реттиг пожал плечами. — А друзей не закладывают. Так что я просто сделаю вид, будто не заметил… Но и помочь ничем не смогу, если тебя застукает кто-то другой. Буду все отрицать, как в том американском сериале.

На большее Ян и не надеялся.

— Ну что ж… придется импровизировать.

— А по ночам все импровизируют, — неожиданно сообщает Реттиг.

— В каком смысле?

— Дни в Патриции расписаны по минутам, все по режиму. А ночью… ночью может все что хочешь случиться. Особенно если луна полная…

Ян не задает больше вопросов. Что бы там Реттиг ни говорил, играл он сегодня не особенно хорошо. Вялые офф-биты, ненужные паузы… Он не создан для работы в группе.

Ночью ему снится жуткий сон про Алис Рами. Он идет с ней по проселку. Все вроде бы замечательно, но, когда он опускает глаза, вдруг замечает, что собака, которая бежала рядом с ними, вовсе не собака.

Это дикий зверь, помесь рыси и дракона.

— Пошли, Рёссель, — говорит Рами, не глядя на Яна, и прибавляет шаг. Чудовище издевательски ухмыляется и бежит за ней.

Ян остается один. В темноте.

Пора кончать эту идиотскую затею.

Он решил твердо — немедленно освободить Вильяма. Прямо сейчас. Сорок шесть часов, он планировал сорок шесть часов — что за бред! Двадцати четырех больше чем достаточно.

Он быстро углубился в лес.

За последние два дня тропинку вытоптали сотни сапог и ботинок, идти легче, она даже стала шире. Было еще не темно, всего четверть четвертого.

И ни единого человека в лесу. Ян прислушался. Полная тишина. Обещанный вертолет пока не прилетел.

Знакомое ущелье, железная калитка… а вот и скала с бункером. Надо быть осторожным.

Железная дверь идеально скрыта от посторонних взглядов. Он растащил ветки — засовы на месте. Все в порядке.

Он выдохнул с облегчением. Теперь надо играть другую роль. Невинный воспитатель, терзаемый чувством вины, в одиночку идет в лес и, когда никто уже и не надеялся, по чистой случайности находит потерянного ребенка.

— Эй… есть здесь кто? — кричит он в закрытую дверь.

Молчание.

Можно было бы еще покричать… ладно, пора открывать дверь.

— Алло!

Нет ответа.

В чем дело? Он нагнулся и заглянул в бункер.

Одеяла разбросаны по всему полу, пустые пакеты из-под сока и карамели. Сломанный робот — голова треснула, правая рука отвалилась.

Вильяма в бункере нет.

Ян заполз внутрь.

— Вильям!

Не стоило называть имя, но он был уже вне себя от беспокойства. Мальчика нет. Куда он подевался?

Красное туалетное ведро стоит у стены вверх дном. Почему? Ян поднял голову. Одна из узких вентиляционных бойниц стала больше. Вильям расчистил ее от земли, веток и засохших листьев, и она расширилась как минимум на двадцать сантиметров. Взрослый не пролезет, конечно, но пятилетний ребенок — запросто.

Значит, Вильям придумал, как бежать из заключения. Хотел захватить с собой и робота, но, видимо, уронил на пол…

Ян попытался успокоиться и собраться с мыслями. Впрочем, он и так знал, что надо делать. Разложил на полу одеяла и собрал все, что приносил в бункер: еду, напитки, игрушки, пластмассовое ведро. Завязал все в узел и вытащил наружу. Теперь в бункере нет никаких следов, которые вели бы к нему. Старый матрас остался, но никому и в голову не придет связать его с Яном.

Он спустил узел на равнину, отсчитал ровно сто двадцать шагов от бункера и прикопал под сосной. Захватит позже, когда найдет Вильяма.

Уже начинало смеркаться. Ян огляделся.

И где его искать?

В воскресенье Ян пошел на работу раньше обычного, пока не село солнце.

Сумерками еще не пахло — рыжее солнце сияло на темно-голубом небе. Свежий, чуть морозный, душистый воздух. Осень иногда бывает очень красивой.

Солнечный свет — как раз то, что нужно. Ему нужно посмотреть на фасад больницы при дневном свете.