Я встретил их на дороге. Мои волосы были причёсаны, а лицо всё еще щипало от моих попыток соскоблить с него остатки бороды. Я также нашёл мою последнюю чистую рубашку и быстро начистил сапоги старой, грязной. Мне необходимо было время, чтобы собрать свою грязную одежду в кучу и попросить кого-нибудь из слуг заняться ею. Я со стыдом осознал, что я никогда не придавал таким вещам значения. О том, чтобы мой гардероб был в порядке, всегда заботилась Молли. Молли...

Я решил, что мои брюки всё еще выглядели достаточно хорошо, и в спешке покинул комнату, которую мы раньше делили. Почему я возился над своей внешностью? В конце концов, это были всего лишь Риддл и Шон.

Я надеялся, что Пчёлка будет рядом со мной, но, несмотря на то, что я послал за ней, когда слуга прибежал доложить мне, что на дороге показались лошади, она не ответила мне. В последнее время она стала часто исчезать внутри дома. Несмотря на то, что она стала больше разговаривать, я начал чувствовать, что она стала меньше разговаривать со мной. Она всё еще избегала моего взгляда. Я уже привык к этому, но к чему я не мог привыкнуть, так это к косым взглядам, которые она бросала на меня, как будто она оценивала меня, изучала мою реакцию. Это расстраивало.

И у меня не было свободного времени, чтобы посвятить его размышлениям на данную тему. Настоящий потоп работы утопил меня в различных мелких делах. Зима всегда была сурова к поместью. Если крыша может потечь, то именно зимние ураганы заставят её сделать это. Забитые трубы наполняли гостевые комнаты дымом и зловонием. Мне казалось, что, хоть я итак был перегружен делами, особняк восстал против меня, создавая всевозможные проблемы. Корона снабжала Неттл щедрой дотацией за её работу Мастером Скилла в Круге Скилла принца Дьютифула. И королева Кеттрикен даровала дополнительные средства специально для ухода за Ивовым Лесом, как благодарность за всё, что Баррич сделал для Видящих за его жизнь. Так что денег на ремонт хватало, однако это не делало шумный процесс ремонта и снующих везде рабочих более приятным для меня. И не уменьшало моё раздражение на самого себя за то, что я не сделал всё когда нужно - летом.

Таким образом, прямо посреди ремонта, когда рабочие приходили и уходили, прибывали тележки с древесиной, досками и кирпичами и люди смешивали растворы в кадках, прибыли Шун и Риддл. Проклятый Риддл не потрудился скрыть своё веселье, в то время как раздражение Шун ясно отразилось на её лице. Я позвал конюшего, чтобы он позаботился об их лошадях, а Ревел быстро попросил новую служанку, чтобы она нашла кого-нибудь, чтобы оттащить чемоданы Шун в гостевую комнату. Он сказал мне, что устроил небольшое угощение в Комнате Пересмешника, довольно тихом салоне. Я поблагодарил его и попросил Шун и Риддла проследовать за мной туда. Когда мы прибыли, новая кухарка как раз уходила. Мне потребовалась пара секунд, чтобы вспомнить, что её зовут Опал. Я поблагодарил её. На столе стоял пузатый чайник с чаем, а также ассортимент маленьких пирожных. Она сказала нам, что вернётся через мгновение со свежими сосисками из кухни, и спросила, не хочу ли я чего-нибудь еще. Шун изучила стол и заказала вина. И, пожалуй, немного сыра, и нарезанный хлеб. И масло. Опал присела в реверансе и сказала, что передаст поварихе Натмег. Я добавил ей работы, попросив посмотреть, не сможет ли кто-нибудь найти Леди Пчёлку и послать её к нам. Затем она ушла, а я повернулся к Шун и Риддлу.

– Мне жаль, что тут так шумно. Похоже, что, как только я обнаруживаю, что что-то нуждается в ремонте, как это что-то приводит к другой поломке. Я обещаю, что комната, в которой ты сегодня остановишься, будет уютной и тёплой, и рабочие уверили меня, что к исходу этой недели твои апартаменты будут полностью пригодны для жизни. У нас в Ивовом Лесу не так много людей гостят длительный срок, и потому, я боюсь, за домом не следили так, как следовало бы.

Тревога в глазах Шун укрепилась.

– Леди Пчёлки тут нет? Она в порядке?
– вмешался Риддл. Возможно, он надеялся сменить тему.

Как будто по его велению, раздался лёгкий стук в дверь - и вплыла Пчёлка. Ни одно другое слово не подходило для описания того, как она двигалась. Она шла с ленивым изяществом, а зрачки её глаз были настолько расширены, что её глаза выглядели почти чёрными. Она посмотрела на меня, а потом медленно заговорила.

– День настал.
– сказала она. Потом потусторонне улыбнулась.
– Бабочка в саду, отец. Крыло лежит на земле, и бледный человек ожидает тебя.

Она замолчала, а мы все уставились на неё. У меня внутри похолодело: она была одурманена? Больна? Такой как сейчас, я не видел Пчёлку никогда. Риддл был в ужасе. Он смотрел на неё, а потом перевёл обвиняющий взгляд на меня. Иногда я забывал, какой маленькой она казалась людям, которые не очень хорошо её знали. Услышать такие слова он девятилетней было бы само по себе тревожно, но все присутствующие дали бы ей максимум шесть. Шун заговорила.

– Я думала, ты сказал, что у тебя дочь? Кто этот мальчик? Ваши слуги часто говорят с тобой таким образом?

Я едва слышал ее.

– Пчёлка, с тобой все в порядке?

Она наклонила голову, как будто определяла моё местоположение по звуку, а не с помощью зрения. Выражение её лица было блаженным.

– Приятно оказаться правой. Когда круг замыкается. И это происходит на самом деле. Тебе нужно спешить. У тебя мало времени.
– Она медленно покачала головой.
– Посланник прошёл такой длинный путь только для того, чтобы умереть на пороге.

Я пришёл в себя.

– Я боюсь, моей дочери нездоровится.
– Я пересёк комнату и взял её на руки. Он моего прикосновения, она застыла. Поспешно, я закрыл себя от неё.
– Риддл, пожалуйста, позаботься об остальном.
– Риддл что-то сказал мне вслед встревоженным голосом. Я закрыл дверь посреди его фразы.

Я шагал по коридору, держа Пчёлку на руках. Я повернулся, чтобы отнести её к лестнице, а затем в её спальню, но внезапно она ожила в моих руках и, резко повернувшись, освободила себя из моих объятий. Она приземлилась на ноги, покачнулась, чуть не упала, затем изогнулась в обратном направлении, чтобы остаться на ногах. На мгновение показалось, что она состоит из жидкости. Затем она рванула от меня, крикнув через плечо: