– Это тебя не касается, – процедил он сквозь зубы.

– Прости меня, Рафаэль…

– За что? – спросил он, медленно повернувшись к отцу.

Умберто посмотрел на него полными печали глазами:

– За все. За то, что я потерял самообладание, за то, что растратил состояние, потерял бизнес. За то, что умолял твою мать не покидать меня у тебя на глазах… Я понимаю, как это на тебя повлияло…

Рафаэль безрадостно улыбнулся:

– Зачем же ты поступил так? Почему просто не отпустил ее? Почему ты валялся у нее в ногах?

– Потому что мне казалось, что я любил ее, – ответил Умберто, пожав плечами. – Но на самом деле это не так. К тому времени я уже все потерял, кроме нее. И мне казалось, что, если и она исчезнет, я перестану существовать, превращусь в ничто. Я хотел забрать тебя к себе, когда нашел работу и начал сводить концы с концами. Но твоя мать не позволила. Все, что мне осталось, – это изредка навещать тебя в Афинах.

Рафаэль помнил эти тяжелые встречи. Его мать никогда не упускала возможности с сарказмом и злобой отозваться о бывшем муже, выставляя отца полным неудачником в глазах сына.

– Зачем ты говоришь мне это сейчас? – раздраженно спросил он.

– Потому что я вижу, что в тебе живет страх, Рафаэль. Но тебе нечего бояться. Ты не такой, как я. Ты намного сильнее. И ты не поступишь с Майло так, как я поступил с тобой. Он никогда не увидит тебя слабым и униженным…

У Рафаэля закружилась голова. Неделю назад он вполне мог повторить историю отца…

– Не позволяй страху лишить тебя шанса на счастье, – продолжал Умберто. – Я слишком долго жил с горечью потерь. Поверь, это ужасно. Не бойся желать большего от жизни…

– Я ничего не боюсь!

Но Рафаэль знал, что это ложь. Он действительно был напуган.

– Идем, пора ложиться спать.

– Нет.

Сэм обреченно вздохнула. Майло капризничал с тех пор, как они возвратились домой. Не проходило и дня, чтобы он не спросил: «Где мой папочка? Когда он вернется и приедет к нам на машине?»

Брайди с сочувствием посмотрела на Сэм и принялась раскладывать по местам игрушки, как вдруг раздался звонок в дверь. Женщины обменялись удивленными взглядами, а Майло бросился к двери с криками:

– Папочка! Папочка!

– Нет, Майло, это не он… – сказала Сэм с тоской.

Она поспешила за мальчиком и открыла дверь.

– Папа! – звонким голосом объявил Майло.

Он запрыгал от радости. Когда Рафаэль присел и раскрыл объятия, малыш тут же бросился к нему, крепко обвив его ручонками. Сердце Сэм сжалось от щемящей нежности и грусти. Брайди, стоящая позади нее, вскрикнула от неожиданности. Сэм отошла от двери, пропуская Рафаэля в дом.

Рафаэль выпустил Майло из объятий и вручил ему подарок. Это была радиоуправляемая машинка.

– Ух ты! – восторженно произнес мальчик, схватив ее.

– Майло, что надо сказать? – мягко напомнила Сэм.

– Спасибо!

– Пойдем, – сказала Брайди и взяла Майло за руку. – Ты обещал помочь мне поискать очки в моей квартире.

Майло закапризничал, и Сэм хотела было вмешаться, но Брайди пообещала мальчику показать ему мультфильмы. Они ушли, и Сэм осталась наедине с Рафаэлем.

Она так и не осмелилась взглянуть на него. Он закрыл входную дверь, повернулся к ней, и она наконец отважилась на это.

Сэм не могла поверить своим глазам. Рафаэль выглядел ужасно. Он был уставшим, измотанным и бледным. Казалось, он даже постарел.

– Что случилось? Что-то с твоим отцом? – испугавшись, спросила она.

– Нет, – покачал он головой. – Умберто в полном порядке и передает вам всем привет.

– Что же тогда? Ты выглядишь…

Рафаэль вымученно улыбнулся, но улыбка исчезла, и он стал серьезным, как никогда.

– Ты приехал предупредить о скором появлении своры твоих адвокатов? Если так, не стоило утруждаться, Рафаэль… – скрестив руки на груди, выпалила Сэм.

Но он покачал головой. Неужели что-то плохое случилось с ним самим? Женщине стало дурно.

– Нет. Прости меня. Конечно, не будет никакой своры адвокатов.

У Сэм подкосились ноги.

– Зачем же ты тогда сказал об этом?

– Потому что я воспринимал тебя как угрозу укладу моей жизни. Инстинкт самосохранения побудил меня защищаться, чтобы восстановить контроль над ситуацией… контроль над тобой.

Рафаэль снял кожаное пальто и повесил его на перила лестницы, ведущей на второй этаж. На нем были потертые джинсы и легкий свитер. Сэм сразу же бросило в жар при виде его мужественной фигуры.