Мне казалось, что в любое мгновение Дэнни может ворваться сюда, я часами вертелась в кровати. Он может вломиться в квартиру, сунуть бутылку с зажигательной смесью в почтовый ящик, вернуться со своими друзьями и убить всех нас.

Весь следующий день я просидела дома, даже не снимала пижаму. Подруги не бросали меня одну ни на минуту. Дэнни тоже не оставлял меня в покое. Слишком испуганная, чтобы перечить ему, я отвечала почти на все звонки, старалась не ссориться с ним. Он хотел знать каждый мой шаг, иметь доказательства тому, что мы по-прежнему пара. Знать, что у меня на уме, полностью контролировать меня.

Меня мутило, я не могла даже думать о еде и за весь день проглотила только кусочек тоста и стакан воды. Следующей ночью я снова ни на секунду не сомкнула глаз.

Я все время повторяла себе, что завтра вечером поеду на съемки передачи и там буду в безопасности.

Моя лучшая подруга Кэй, с которой я когда-то работала на очередном канале, договорилась встретиться со мной в баре возле дома. Я вышла из квартиры и сначала внимательно осмотрелась по сторонам, проверяя, нет ли поблизости Дэнни. Я сомневалась, что он станет нападать на меня на глазах у прохожих. Ему уже не удастся заманить меня в уединенное место, туда, где он может снова причинить мне боль.

Сидя в баре, я рассказала Кэй, что произошло. Она была потрясена и тут же спросила, собираюсь ли я сообщать в полицию. Я отрицательно покачала головой и объяснила, что тогда Дэнни убьет меня или моих родных. По ее взгляду я поняла, что она признала мою правоту и не станет меня переубеждать.

— Может, тебе следует уехать куда-нибудь, — предложила она. Я кивнула. Когда-то мы с ней поговаривали о том, чтобы поехать на работу в Дубай. Сейчас такое решение показалось разумным. Там он меня точно не найдет.

— Когда я закончу съемки в программе «Красотки за стеклом», мы решим этот вопрос, — сказала я, почувствовав какую-то надежду впервые с тех пор, как Дэнни толкнул меня к двери гостиничного номера.

Мы сидели в «Кафе Руж» в Хэмпстеде с моим приятелем Майклом. Ему я тоже рассказала о случившемся. Будучи фотографом, он снимал меня десятки раз. За последние двенадцать месяцев мы с ним очень сдружились.

Тихо, чтобы не услышала официантка, я поведала ему свою ужасную историю. Глаза друга потемнели от возмущения и печали.

— Не понимаю, как он мог так с тобой поступить, — сказал Майкл, а я лишь беспомощно пожала плечами. Я и сама была в полной растерянности. Мне никогда не понять, что происходит у Дэнни в голове, и как он может жить с тем, что натворил. Некоторое время мы сидели молча. Майкл наклонился над столом и взял меня за руки.

— Боюсь, этим дело не закончится. Твоя жизнь в опасности, — негромко сказал он.

У меня бешено застучало сердце, и глаза наполнились слезами. Майкл озвучил то, о чем я и сама думала уже сотни раз. Но когда он произнес это вслух, стало по-настоящему страшно: слишком реально. Мне грозила опасность, настоящая опасность. Мне придется быть приветливой с Дэнни до тех пор, пока я не смогу убраться от него подальше.

Задумавшись, мы с Майклом почти не разговаривали за обедом. Когда мы встали из-за стола, приятель прижал меня к себе.

— Ты мой лучший друг, и я боюсь за тебя. Пожалуйста, будь осторожна, — прошептал Майкл, и я кивнула.

Я ехала домой, а в ушах звучали слова Майкла.

Снова дома, и снова бесконечные звонки и сообщения от Дэнни.

Едва не срываясь в крик, он потребовал, чтобы я вернула всю одежду, которую он мне покупал, и видеокамеру, которую я брала у него, чтобы снять рекламный ролик для работы. Я сразу поняла — он ищет повод, чтобы заманить меня в свою квартиру. Но я на это не пойду. Взамен я предложила утром прислать вещи с курьером. Дэнни отказался дать мне свой адрес и почтовый индекс. Он сказал, что приготовил для меня сюрприз.

Неужели он думает, что после всего, что он наделал, какой-то подарок может исправить положение? Что он может мне дать, чтобы вымолить прощение? Ни за что на свете я не смогу простить его.

Я была на пределе. Травма, изнасилование, бесконечные бессмысленные переговоры с Дэнни — меня трясло от страха и усталости. Что он еще задумал? Ему снова захотелось надо мной поиздеваться?

Ночью я боялась выключить свет в спальне. Поток сообщений не прекращался. Однако в тоне мучителя что-то изменилось. Он стал более наглым, более самоуверенным: у него явно появился какой-то план. Этот тон и его обещание сделать мне подарок испугали меня еще больше.

В последнем сообщении он просто попрощался со мной. Я прочла его, и кровь застыла в жилах. Что это значит? Он собирается убить себя… или меня? Он совершенно одержимый, и все так просто не закончится. Он, конечно, не позволит мне так быстро от него избавиться. Но, может, это все же хороший знак? Может, он наконец осознал, что натворил, и понял, что не вправе так мучить меня.

Я пыталась заснуть, но, как только закрывала глаза, передо мной возникала одна и та же картина: Дэнни подносит к моему лицу лезвие. Губы его кривятся от отвращения, и в глазах вспыхивает злость. Он брызжет слюной мне в лицо, выкрикивая гнусные непристойные ругательства. Я чувствовала, как его пот капает на меня, а сам он грузно наваливается на мое дрожащее тело. Я снова оказывалась там, в номере отеля, вся в его власти, в кошмаре наяву.