И я пошёл дальше. Не время ещё разбираться, не время…

Дорога свернула вправо в горы и через час мы вышли к высокому грубому частоколу, за которым, судя по звукам, запаху дыма, да и вообще, следуя логике вещей, находилось стойбище орков.

У ворот нас встретила стража. То были вооружённые длинными тяжёлыми копьями орки, одетые в железные доспехи, на которых были изображены оскаленные морды тигров.

Но больше всего меня поразили их дома, если таковыми можно назвать сии сооружения.

На железных колёсах, в поперечнике соревнующиеся с рослым орком, располагалась широченная бревенчатая площадка. Наверху на ней стояли громадные дощатые хижины овальной формы обтянутые шкурами.

Издали это сооружение напоминало шатёр. Подле каждой «телеги» был помост, по которому можно было взобраться в жилище.

Всего я насчитал около двух десятков «домов». Рядом с ними стояли, сидели, лежали и ещё Нихаз его знает, чем занимались, разновозрастные орки.

Была тут, кстати, и женская часть населения. Поначалу она мало чем отличалась от мужской. Ну, это, конечно, для неопытного взгляда. Но если хорошо присмотреться, то можно было найти ряд отличий. Во-первых, округлые в оных местах формы. И ещё, как я понял, женщины были с очень короткими причёсками.

Нас загнали к одной из «телег», приказали сесть на солому и поставили охранение.

Я поглядел на уставших гибберлингов. В сравнении с фигурами орков они выглядели какими-то игрушечными.

Ближе всех ко мне сидел Бёдвар. По его напряжённой фигуре было понятно, что ничего хорошего он от орков не ждёт.

— Не пояснишь, в чём дело? — тихо спросил я его.

— Судя по всему, мы залезли в их священную долину, где обитал дух тигра… То есть, они того зверюгу считают духом той местности…

— Дух местности! — рассерженно бросил старший брат Угрюмых. — Это Тигр тигров!

— Так-с! — протянул я, уже начиная кое-что понимать. — А мы… то есть не мы, а я его убил… И что нас ждёт?

— Отведут к шаману, тот и решит судьбу… нашу…

— К шаману?

Я тут же вспомнил гоблинов и их Белого шамана. Они верили, что ведут своё начало от медведей, а эти орки, получается, считают себя потомками тигров.

— Это был Тигр тигров, — снова повторил Вагни. — Дух долины.

— Хан, — уточнил его брат.

— Вообще-то, я рад, что его больше нет. Эта ненасытная тварь сожрала столько народу! Эти орки специально его подкармливали…

— Ага! — кивнул Бёдвар. — Жертвоприношения и прочее в том же духе.

— А вы не знали, что в ту котловину нельзя ходить? — сердито спросил я.

Авантюристы, мать их так! Живут в Сиверии уже лет сто, а до сих пор не знают где и как обходить опасные места… Следопыты херовы…

— Мы сюда вообще не забредаем. Рискнули, думали пройдём незаметно… Это их земля, а по договору…

— По договору? — мне в голову пришла одна мысль.

Не знаю, была ли она спасительная, но рискнуть стоило. Я ведь тоже с авантюрной жилкой.

Через полчаса за нашим отрядом пришли и приказали идти на каменный холм, тоже, кстати, огороженный частоколом.

Я пошёл первым, в голове подбирая слова для будущего разговора.

У большого костра стояла грузная фигура орка. Судя по его одеянию, он и был шаманом.

— Кто вы такие? — громко спросил он, став, широко расставив ноги.

— Мы — гибберлинги из Гравстейна! — выступил вперёд Вагни Угрюмый.

— Это понятно. Что делаете в наших землях?

— Шли в северные земли в Костяную равнину.

— Почему не через реку? Там свободный путь…

— Вертыш не замёрз, а лодок у нас не было, чтобы плыть…

— Да, Вертыш нынче балует, — заметил шаман. Он оскалился, демонстрируя чуть стёршиеся жёлтые клыки. — А это кто?

Орк кивнул на меня. Я, было, открыл рот, но тут снова заговорил Вагни. Своими дальнейшими словами он полностью расстроил весь мой план, так что потом пришлось идти на необдуманный риск.

— Это Бор, прозванный Законником.

— Не слышал о таком, — отвечал шаман.

И Вагни (пусть Сарн даст ему здоровья… и ума на будущее) быстро поведал о моих «подвигах» среди гоблинов и водяников.

Мне трудно было сказать, о чём думал шаман, но в его хитрых глазках мелькнули нехорошие огоньки.

— Одним лишь ножом? — переспросил он.

Я понял, что если сейчас не встряну в разговор, то всё пропадёт пропадом.

— Послушай… как там тебя? — начал грубо, но так того требовала ситуация.