Спрашивается, куда же тогда ушло племя великанов?..

Дед Глазастик пожимал плечами:

— Да почём я ведаю, кто это такие. Мы, гибберлинги, пришли в Сиверию позже вас… людей. Но и до этого на севере уже жили великаны.

С подобными же вопросами о том, кто эти гиганты с Костяной равнины, я подходил и к иным гибберлингам. И лишь только «росток» Осторожных как-то обмолвился:

— Когда мы были в Новограде в позапрошлом году, то слышали от эльфов, что племя исполинов из Сиверии — одно из магических созданий то ли племени Зэм, то ли джунов…

Тогда в Гравстейне я не придал этим словам значения, а сейчас вдруг вспомнил и подумал: «И действительно, кто такие эти великаны?»

Север… или юг?.. Куда идти?

Я крутил головой, всё ещё глядя на скалы.

А, была или не была! И пошёл на север.

Идти было уже полегче. Почти до обеда я брёл вдоль отвесных скал, когда вдруг наткнулся на узкий проход между ними.

Хотя, не совсем уж и узкий, как показалось. Перед входом я нашёл припорошённый полушубок и на основании этого решил, что великаны пользовались этим проходом.

Сняв со спины лук, я натянул тетиву и уже чуть медленнее двинулся вперёд. Едва пройдя шагов десять по ущелью, мне вдруг стало чудиться, что стены начинают сами собой сближаться. У меня даже закружилась голова от испуга.

Я выскочил назад и долго-долго вглядывался в полумрак ущелья.

— Показалось… Твою мать! Не стыдно тебе, Бор? Здоровый мужик, а обделался, как щенок…

Шаг… Стены на месте… Ещё один… третий…

Так постепенно, преодолевая непонятно откуда возникший страх, шептавший на ухо, мол, беги отсюда со всех ног, я стал идти вперёд.

Ширина ущелья составляла сажени три-четыре. Но иногда проход суживался, и мне в этот момент думалось, как тут проскальзывали великаны.

Дорога заняла целый час. Но вот ущелье резко расширилось, и я, прикрываясь валунами, выбрался к громадной площадке, являющейся «каменным мешком».

Впереди было пустынно. Легкий ветерок погуливал среди валунов, вздымая небольшие вихри.

Слева на возвышении виднелось странное сооружение. Это были грубо обтесанные и приставленные друг к другу плиты. А сверху их накрывал длинный плоский валун.

Если это был дом, то весьма примитивный, под стать дикарскому племени великанов… Да и размер на это указывал: для человека он был великоват. Тут толком даже от непогоды не укрыться. Продувает со всех сторон и щелей.

Из глубин памяти выплыло, как я с гибберлингами в Тигриной долине видел нечто подобное: полуразрушенное, занесенное снегом сооружение. Как же тогда Угрюмые назвали его?

На кончике языка вертелось слово. Ещё мгновение, казалось, и я его ухвачу. Как-то… как-то… «ра-…«… «ри-…»

Да Нихаз его дери!..

Всё! Вспомнил: «рёсе». Точно!

И тут же — «дольмен». Да, да, именно так называли подобные «дома» на Ингосе. Эти знания были из прошлой жизни.

Но вот что это? Для чего сделано? — Не известно… Может, великаны использовали их, как святилища? Ну, а сами они кто такие? Стражи, типа тех, которых я видел на острове Безымянного? И что стерегут эти стражи? Неужто руины народа Зэм? Или тайны, которые хранятся там?..

Одна бесконечная череда вопросов… Помнится, кто-то из эльфов в резиденции посла Пьера ди Ардера мне сказал, что в жизни бывает столько нераскрытых тайн, которые раз от раза с завидным упорством стремятся появиться в нашей жизни, что порой начинаешь задумываться, не являешься ли ты сам частью этих тайн.

Я снова огляделся и, никого не обнаружив, потихоньку стал подходить к каменному зданию, держа лук наизготовку. Думаю, здесь от него будет проку больше, чем от иного оружия.

Внутри было пусто. На земле виделся характерный след от костра. Чуть дальше в стороне валялись какие-то обглоданные кости.

Я вышел из дольмена и направился на юг. Там был проход, устремившийся наверх, скорее всего на плато.

После вчерашней бури, воздух стал значительно морознее. Хотя, это могло быть и от того, что я был в горах. А тут, как известно, всегда холодно.

Меня так и тянуло вырваться из этого «каменного мешка». Разум старательно отгонял непонятный страх, вроде того, который внезапно возник перед входом в ущелье.

Все подобные «места» всегда кишат тёмной магией. А она, словно та непонятная болезнь, охватившая моё естество в Гравстейне, после прибытия из посёлка водяников. И она так и стремится въесться до самого мозга костей.

Нет, надо уносить ноги от этого дольмена…

И вообще, — снова корил я сам себя, — зачем согласился идти к дикарям-великанам? Людоеды, это не орки из клана Белого Тигра. С ними не договоришься…