– Да, милый, да, - шептала она. Мы держали друг друга, и я все еще не мог поверить в происходящее, понимая, что никогда еще в жизни не был так счастлив. Веранда понемногу начинала сливаться с наступавшими сумерками. С улицы тянуло прохладой и влажностью, и неожиданно за окном застучали первые капли дождя.

– Я люблю тебя…

– Тсс… Молчи… - она приложила палец к губам. Ливень шумел, пахло мокрой листвой, но мы никак не могли встать и смотрели в глаза друг другу, время от времени осознавая свершившееся и начиная весело смеяться.

На перекрестке с визгом затормозила машина, и я вздрогнул от неожиданности.

– Осторожно.
– Она затянулась и выпустила дым.

– Тебе не идет, когда ты куришь.

– Какая разница… - Она усмехнулась.

– Не говори так! Ты красивая.

– Была… Я совершенно обычная, немного уставшая женщина.

– Нет, для меня ты всегда останешься… - Я запнулся.
– И потом, ты совершенно не изменилась.

– Правда?
– Она горько улыбнулась.
– Спасибо, комплименты ты делать не разучился.

– Прости меня.
– Мне вдруг показалось, что прошедших лет не было.

– Никогда!
– Она замкнулась и поежилась.
– Ну, где здесь кормят этими вашими спагетти?

Мы зашли в ресторан. Чернявый мальчик в белом переднике бросился усаживать нас за стол, поставил на скатерть бутылку с зеленоватым маслом, корзинку с выпеченным хлебом. Она достала еще одну сигарету.

– Ты что делаешь, здесь запрещено курить!

– Что они у вас совсем с ума посходили?
– пожала она плечами и спрятала пачку.

– Ты давно вышла замуж?

– Почти три года.

– Он тебя любит?

– Кажется, да. И потом, это не твое дело.

– Ты вытащила счастливый билет…

– Откуда ты только взялся на мою голову… - Она пристально посмотрела на меня.
– Я уже тебя давно забыла, внушила себе, что это было сном. И вот ты опять нашелся… - Она прикрыла глаза ладонью.

– Не надо, - мне стало неловко.
– Если ты хочешь, я сейчас встану и уйду, и ты меня больше не увидишь.

– Нет, - казалось, что она напугана.
– Побудь со мной немного, -она прикрыла глаза.
– У меня легкий приступ мазохизма.

– Хорошо, - волна эмоций захватила меня, и я снова был в этом дачном домике, и запах травы бил в лицо, и мы падали в пропасть, и по окнам стекали капли дождя, и верхушки елей едва виднелись в сиреневой пелене. Как хорошо было разговаривать с ней, когда только начинал говорить что-нибудь, а она с веселой иронией заканчивала за тебя фразу, и я застывал, совершенно не понимая, как она могла прочесть мои мысли. Она снова произносила вслух то, о чем только что думал, подмигивая своими длинными ресницами и смеясь хрипловатым голосом. И что-то накатывало из покрытого влажной темнотой сада огромной волной, подхватывающей нас обоих. Она замирала, глядя на меня, и только ее глаза надвигались, заслоняя все вокруг. Во дворе шумели мокрые листья, удары молнии освещали старую веранду, громыхал гром, и мы каждый раз испытывали странное чувство того, что мы как две половины одного целого, наконец нашедшие друг друга…

– Ваш заказ, - из колышащегося тумана воспоминаний неожиданно возник официант, немного похожий на молодую гориллу, и поставил перед нами дымящиеся тарелки с непривлекательной зеленоватой массой, из которой торчали редкие ломтики грязно-розового цвета.
– Не желаете ли чего-либо еще?

– Спасибо… Принесите нам летний дождь, веранду и бутылку советского шампанского… - неожиданно вырвалось у меня.

– Прошу прощения?
– На его лице с низко посаженным черепом и маленькими, вдавленными, черными как маслинки глазками, проскользнуло недоумение.

– Да нет, это я пошутил, - неожиданно я снова почувствовал, что горло сдавило и стало невозможно произносить слова.

– Понимаю, - он пристально посмотрел на меня, затем на мою спутницу, и вдруг лицо его потеплело и неожиданно приобрело неуловимые человеческие черты.
– Наслаждайтесь обедом, - он улыбнулся.
– Может быть, закажете десерт?

– Что с тобой?
– она пристально посмотрела мне в лицо, рассеянно ковыряя вилкой зеленоватое пюре.

– Так, - я с трудом выдавил из себя окончание фразы, - одолели воспоминания.

– Какие?

– Ты знаешь, у нас в компании этот ресторан наверняка бы был назван "правильным". Ты знаешь, что такое правильные рубашки, брюки, носки, пояса, ботинки, магазины, города, рестораны и государства?

– Нет, при чем здесь рубашки?
– она недоуменно взглянула на меня.

– У правильных рубашек сзади вешалочка и складочка, и горе тем, кто приходит в компанию без нее. У нас на входе стоит вице-президент и каждого входящего тщательно проверяет на предмет этой детали. Тех, кто пришел без складочки, отправляют чистить сортиры. А ресторан этот правильный, потому что официант похож на гориллу, но в то же время совершенно дресированный и очень вежливый. Иногда даже на человека становится похож и десерт предлагает, как в цирке… - Я понес какую-то бессвязную чушь, стараясь убежать от скрывающегося внутри холода.