Эдик говорил быстро, суетливо и выглядел нелепо. Ефим брезгливо поморщился.

– Отдохни, приди в себя, - оборвал он его.
– Вы в своем Кембридже совсем уже с ума посходили. Пространство… Я в вашем пространстве живу, понимаешь, о чем я говорю? Мне главное, чтобы производство хорошо пошло. Надо Бориса с Леонидом от дел отодвинуть. Разберись с приборами, парень ты толковый. Ведь и пожить красиво хочется, правда? Здесь место хорошее, я маме так и сказал, я тебя не обижу. Расслабься, поживи в свое удовольствие.

– Хорошо, дядя Ефим.
– Эдик как нашкодивший ученик наклонил голову.

– Вроде толковый парень, да?
– Ефим обращался ко мне.
– Немного сумашедший, но это неплохо, я сам такой. В Кембридже работал, там ведь дураков не держат, правильно? Да и родителей я хорошо знаю, возьмем его, правильно? Нам нужны новые люди.

– Спасибо, дядя Ефим, я постараюсь хорошо работать.
– Эдик окончательно смутился и покраснел.

– Завтра с утра отвези его в компанию, - Ефим снова поморщился, -пусть посмотрит на производство, познакомится с Леней. Вот ты что-то придумаешь, он может быть тоже придумает, академика из Москвы вызовем. Накалякаете научных статей и напишете "Спасибо дяде Ефиму." - Ефим засмеялся.

На следующее утро я заехал за Эдиком по дороге на работу.

– Ах, какая у вас машина красивая, - подросток-теоретик из Кембриджа ощупывал обивку и сиденья.
– У дяди Ефима хорошо, а мы в Кембридже ездим на таких стареньких развалюхах. Даже у известных профессоров старые машины. Нам там совсем денег не платят и даже наоборот, считают, что получать высокую зарплату неприлично.

– Да, - я был осторожен, - но за все надо платить.

– Ну что вы, - Эдик был явно воодушевлен, - попробуйте прожить на университетскую зарплату, мы каждую копейку считаем. Мне дядя Ефим так и сказал: "Эдинька, поживи вольно, вздохни полной грудью, что ты мучаешься?" Да, мама с папой наверняка будут рады.

Эдик был явно увлечен перспективами повышения зарплаты. "В конце концов, какое мое дело", - подумал я и решил его не расстраивать. Мы уже подъезжали к зданию компании.

– Подумать только!
– в изумлении и восторге заверещал Эдик, - какая огромная вывеска "Пусик", а когда-то в Москве папа давал ему взаймы десятки и пятерки! Неужели это здание компании? С ума можно сойти, да у дяди Ефима целая промышленная империя! Обязательно позвоню папе и ему все расскажу! Такое огромное здание. Да сюда весь наш факультет из Кембриджа поместится!
– Эдик увлеченно бегал среди стеллажей с деталями, щупая их руками, и продолжал восторженно удивляться.

– Эдик, я хочу вас еще раз предупредить, что вам придется непросто, -начал я.
– В каждом деле необходим профессионализм, а он приходит после многих лет работы. Ведь нельзя же научиться играть на рояле за несколько дней…

– Ну что вы!
– Эдик надулся.
– Я же в детстве был радиолюбителем. И по программированию занял первое место на всесоюзной олимпиаде школьников, когда еще первые компьютеры только появились. Интересно, где дядя Ефим сделает мне кабинет?

– Вообще-то в компании свой кабинет только у Ефима и у Леонида. Так что я бы не рассчитывал на отдельную комнату, тем более что их у нас практически не существует.

– Ничего, я себе отгорожу закуток. Надо будет выписать научные журналы. У вас сколько библиотечных дней в неделю? Ах, какое солнышко на улице, а в Кембридже в это время уже слякоть, какое дядя Ефим замечательное место выбрал!

Эдик подбежал к терминалу компьютера, за которым сидел один из Пусиковских старожилов, молчаливый китаец Вонг, пухлые белые руки которого как птицы летали над клавиатурой.
– Ах, как интересно, а на каком языке программирования вы работаете? А вы используете структуры? Когда я работал в Кембридже, я самостоятельно написал большую программу, выводящую результаты на экран. Вы мне можете рассказать о ваших программах?

Вонг, несколько ошарашенный таким натиском, начал что-то объяснять Эдику.

– Ну что вы, разве так можно организовывать работу?
– Эдик явно входил в роль руководителя.
– Это же прошлый век! У нас в Кембридже на персональных компьютерах никто не работает!

Борис, сидящий за соседним столом, уже несколько минут неодобрительно присматривался к происходящему, играя желваками. Наконец, терпение его лопнуло, он решительно встал и подошел ко мне.

– Мне надо с тобой поговорить!
– он взял меня за руку, отвел в комнатку для совещаний и закрыл за собой дверь.

– Что это за идиот?
– зло спросил он по-русски.

– Ефим просил показать ему компанию, он работает в Кембридже.

– Почему он ходит здесь и пристает к людям? Что, Ефим хочет взять его на работу?

– Я не знаю наверняка, - осторожно ответил я.
– Спроси у Ефима.

– Почему он пришел в компанию в джинсах?
– Борис явно заводился.

– Он здесь вообще проездом, сегодня улетает обратно, да и Ефим ему ничего про местные порядки не объяснил.