– Марисоль! – позвала она высоким, испуганным голосом, который сама не узнала.

Эйдан пил кровь Габриэля, но с ним ничего такого не случилось. Что же происходит с ней? Вампирша вошла в ванную, ее ноздри раздулись от запаха крови, красные глаза посмотрели на отражение Таны в зеркале:

– Что на этот раз?

– Посмотри на мои зубы, – дрожащим голосом проговорила Тана, плотнее заматываясь в полотенце.

Вампирша запрокинула ей голову назад и сунула палец в рот, чтобы ощупать зубы. Потом отступила на шаг и покачала головой:

– Похоже, тебе дали досыта напиться крови вампира. Все будет в порядке. Так обращали до того, как старый мир пал. Новичков кормили кровью вампира до тех пор, пока они не были готовы. У некоторых уходили недели на то, чтобы дойти до этой стадии, но ты, должно быть, выпила очень много.

Так и было.

– Но что это значит? – спросила Тана, ощупывая свои зубы. – Я умру? Я обращусь?

– Нет, – ответила Марисоль, – это значит только, что ты готова умереть. И будешь сильнее, когда воскреснешь.

Тана кивнула, пытаясь успокоиться. Все в порядке, ничего не случилось. Она не проснется вампиром. Не сегодня, во всяком случае. Это просто симптом болезни, о котором она раньше не слышала. «В организме накапливается отрава», – вспомнила она лекцию, которую читали в школе.

– Хорошо, – сказала она, проходя мимо Марисоль в спальню. – Забудь об этом. Все в порядке. Пойдем покажем мои новые зубы Люсьену Моро.

Через несколько минут, отвергнув все предложенные Марисоль варианты, Тана надела самое простое из висевших в шкафу платьев – темно-красное кожаное без рукавов, – и последовала за вампиршей по лабиринту коридоров. Ни одни из туфель Элизабет ей не подошли, и Тана была этому рада. Ей и так было не по себе от того, что одежда оказалась по размеру. Кожаное платье плотно облегало фигуру, обтягивало бедра. Черные волосы были собраны в хвост высоко на затылке, ожерелье Габриэля сверкало на шее. Тана то и дело проводила языком по своим длинным клыкам.

Марисоль повернула ручку двери, покрытой черным лаком, и жестом велела Тане войти, но сама за ней не последовала. Дверь закрылась за спиной у Таны, старавшейся не шлепать босыми ногами по полу.

Окна были завешены тяжелыми шторами. Люсьен вышел ей навстречу, двигаясь свободно, как будто он хорошо видел даже в полумраке. Из мебели в комнате были только два больших черных кожаных кресла и письменный стол с фигурками грифонов. Тана заметила на столе три ключа на костяном кольце, украшенном изображением, которое она не могла разглядеть.

Тана уже забрала у мертвого вампира два ключа, и надеялась, что это были именно те ключи, которые ей нужны.

– О, так намного лучше, – произнес Люсьен. – Но ты моложе, чем я думал. Сколько же тебе лет?

Тана не поняла, комплимент это или нет, но уточнять не стала.

– Семнадцать.

– Когда ты сказала, что Габриэль подарил тебе эти гранаты, сначала я тебе не поверил, – продолжал Люсьен. – Зачем ему дарить что-то смертной девушке?.. Кстати, он рассказывал тебе об этом ожерелье?

– Он сказал, что оно принадлежало его сестре, – сказала Тана. Она подошла к одному из кресел, но садиться без приглашения не стала.

Люсьен пугал ее и в то же время вызывал восхищение. Она была и его гостьей, и пленницей.

– Да, это так, – фыркнул Люсьен. – Но, увидев его у тебя на шее, я вдруг понял: он пришел сюда умирать. Это единственная причина, по которой он мог расстаться с этим ожерельем. Даже принимая во внимание, что к тебе он почему-то испытывает особенно теплые чувства. Ты знала, что в этом ожерелье Екатерина была в ту ночь, когда решила, что ее брат мертв, а Габриэль – демон? Двойник, похитивший его облик… Она убежала. Он пытался ее остановить, но в руках у него осталось только ожерелье. Застежка сломалась, и с тех пор сестру он больше не видел.

– Печальная история, – сказала Тана.

– На самом деле это было даже смешно, – Люсьен улыбнулся. – Стоя на улице, они кричали друг на друга, как глупые дети! Потом вмешался какой-то человек… Думаю, это был извозчик, и он привел с собой друзей. Только представь: несколько грязных оборванцев заставили отступить вампира! Габриэль как будто забыл, кто он такой.

Тана не знала, что на это сказать.

– И он больше не пытался найти сестру? – наконец спросила она.

Люсьен улыбнулся, обнажив зубы:

– Видишь ли, я нашел ее первым. Это старая история, но вдруг тебе интересно… Я решил, что смогу их помирить, и Габриэль будет счастлив, если я обращу ее. Екатерина была умной женщиной, она сама сумела выбраться из России. Я отправился к ней, взяв с собой одного из своих лакеев – ростом шесть футов, хорош собой, идеальный вариант для визита к даме. Я передал ей свою визитку, и она согласилась встретиться со мной. С ней была одна из тех старых дев, которых обычно берут в компаньонки. Ее я убил сразу.