— Что за… — пробормотал Петрович и не закончил фразу.

Казалось, низкий, на грани инфразвука вой доносится отовсюду и ниоткуда. Казалось, воет сам дом.

Потом все неожиданно смолкло.

Ненадолго. Удар. Стена, напротив которой они стояли, дрогнула. Еще удар. Кирпичная кладка шевельнулась, швы пришли в движение. Похоже, снаружи в стену коттеджа бил таран, обернутый почему-то тряпками — звук ударов был приглушенный Еще удар — несколько кирпичей с чавканьем шлепнулись на свежий бетон.

— Мама, не горюй, — ошеломленно сказал Петрович. И даже — невероятно, но факт — не выматерился.

Сквозь открывшуюся дыру не врывался дневной свет с улицы. За нею была темнота — черная, бездонная. Из темноты вновь раздался вой. На этот раз громкий, не приглушенный кирпичной стеной. Он вызывал странное ощущение — как будто по хребту вниз медленно вели чем-то угловатым, царапающим и неимоверно холодным.

У Юрки мелькнула мысль, что его вовсе не интересует, что или кто таится там, за стеной. Что надо немедленно бежать отсюда и не оглядываться.

У Петровича и Шмульца мысли были примерно те же.

Но вся троица замерла неподвижно, словно разбросанный вокруг раствор уже застыл и намертво прихватил их подошвы.

— Я не верю, — сказала Наташа с усталой ненавистью. — Ничему. Вы лжете. Вы просто потеряли его. Хотите найти и выслужиться перед начальством.

Человек с рысьими глазами, приходивший к ним в офис неделю назад, вздохнул. Под глазами теперь лежали темные круги.

— Так получилось, что я остался без начальства, — сказал он негромко, словно сам себе, словно отчаявшись ее хоть в чем-то убедить. — Совсем без начальства… Пожалуй, впервые.

— Это ваши проблемы, — отрезала Наташа. — А я сейчас пойду домой и сразу позвоню в милицию. Пусть разбираются. Давно надо было…

— Боюсь, Наталья Александровна, что взять трубку в руки вам не позволят. В квартире вас ждут. Причем даже я не могу понять, — кто.

…История, рассказанная Русланом, была, в общем, правдивой. Но открывала далеко не всё.

Имеется, дескать, глубоко засекреченная Лаборатория, исследующая кое-какие особенности человеческого организма. Стечением обстоятельств в подопытные кролики попал именно Андрей Ростовцев. Пытаться выступать против сложившейся системы бесполезно — Руслан вот попытался и сидит теперь в глубоком подполье. Но спасти конкретного человека — Андрея Ростовцева — можно и нужно.

Никаких имен и подробностей Руслан не назвал. А в паре мест, касающихся его личной роли в происходящем, пришлось солгать. Но говоря про засаду в квартире, он был искренен. Сам Руслан — до всех пертурбаций в Лаборатории — никого туда не посылал. Ограничился наружным наблюдением — вели его, сменяясь, свои люди. Из семерки, на Мастера никак не завязанной.

После проведенного захвата пост сняли. Потом, когда все пошло наперекосяк и большая часть группы канула вместе с пленниками, Руслану было уже не до того.

Но с минувшей ночи один из двоих оставшихся в подчинении Руслана бойцов вновь наблюдал за квартирой Наташи. Он и доложил: ночью весьма грамотно вскрыли дверь и зашли в квартиру два человека. Один достаточно скоро вышел, другой остался. И оставался до сих пор. Личности визитеров бойцу были незнакомы.

Понятное дело, всех людей Мастера в лицо они знать не могли. Но почему один? Одиночка может чисто, не надеясь на случай, повязать двоих лишь в воспаленном воображении голливудских сценаристов.

Значит — киллер. Ликвидатор.

А такой вариант проходил в одном случае: если Ростовцев уже в руках Мастера, и тот зачищает концы, В данном случае — Наташу. Но из ее слов — хотя что-либо конкретное сказать Руслану она отказалась — вытекало: Ростовцев жив и свободен.

Нестыковка.

Руслан заподозрил, что в игру вступила какая-то новая сила. И не мог понять: какая?

Наташа встала со скамейки, где они сидели. Сказала:

— Мне уже все равно, есть там кто-нибудь или нет. Хотя, думаю, вы врете.

Судя по бесцветному тону, так оно и было, — все равно.

— Проверить недолго, — пожал плечами Руслан. — Я провожу вас до квартиры. И на месте разберемся, есть там кто или нет.

Это был риск. Ликвидатор мог сидеть у дверей с пушкой наготове — и начать стрельбу без предварительных разговоров. Но иных способов убедить смертельно уставшую и никому не верящую женщину Руслан не видел.

— Если вы за мной увяжитесь, — сказала Наташа, — буду кричать. Что пристает вооруженный маньяк-насильник.