– Это ж прямо волшебно!
– Воскликнул Илья.
– И миноносцы все оснастим, и запас останется!

– Есть предложение более интересное, - нахмурился Вервольф.
– Имеем в наличии - две "богини" с сорока восьмью орудиями в 75 мм на обе. Есть еще снятые с "Ангары" шесть пушек аналогичного калибра и шесть 120-миллиметровок. По "богиням" я бы посоветовал довооружить их двумя, а еще лучше - четырьмя орудиями калибра 152 мм. Оставим на них по десять 75-мм пушек в качестве противоминного калибра.

– Получаем двадцать четыре свободные пушки в 75-мм, - прикинул Помэ.

– И шесть с "Ангары", - напомнил Капер.

– Не забывайте про шесть 120-мм пушки, - подняв палец вверх изрек Гарик.
– Неплохая, вещь, вообще-то.

– Их можно по паре поставить на "Новик" и "Боярин", - предложил Капер.
– А две оставить на случай ремонта.

– Так...- Заключил Илья.
– Двадцать семь пушек калибром 75-мм и три в запасе.

– Двадцать шесть и четыре соответственно, - поправил Вервольф.
– Хотя, как по мне - так эти четыре противоминки нужно оставить на "богинях". Вкупе с дополнительными шестидюймовками, получим вооружение, соответствующее "Аскольду" или "Боярину" - двенадцать орудий калибром в шесть дюймов и двенадцать в 75-мм. На "Буракова" сложно воткнуть хотя бы одну 75-мм пушку - водоизмещение не ахти. Ровно, как и на "Соколах", кстати. Нельзя ставить наобум орудия - перегрузим корабли, и получим тихоходные миноносцы.

– Проверим на практике, - подвел итоги Илья.
– Срок на переоборудование эсминцев - неделя, не считая тех, что в достройке. "Новика" и "Боярина" переоборудовать в первую очередь - пока они лучшие истребители вражеских миноносцев, какие у нас есть. По дополнительным шестидюймовкам для "Дианы" и "Паллады" - запрошу Малкольма, пусть высылают.

– Ну, раз с грабежом и вакханалией покончили, я продолжу, - Капер отложил в сторону записи по "Палладе".
– Наиболее реально в первую очередь введение в строй "Цесаревича". Несмотря на большой объем повреждений и то, что кессон долго мастерили, уже завтра сможем осушить подбашенный отсек. Придется еще водолазов подключить, чтобы частично понизить уровень воды в рулевом отделении. Куча проблем из-за этой гребанной конфигурации борта. Не могли что ли французы не изловчаться, и не тра..ть мозги с этими изгибами? Сделали, понимаешь, неваляшку в виде броненосца.

– Короче, Склифосовский!
– Гарик с усмешкой прервал товарища.

– Ну, а что короче? Вчера корабль чуть "Аскольда" с "Новиком" не приложил. Кессон уплотнять нужно - пропускает. И, скорее надо воду откачивать и мусора вычищать затопленные помещения. Иначе, накроется тазом электрический привод руля - это вам не механика. Тут все тоньше.

– Сколько нужно времени?
– Нетерпеливо спросил Илья.

– Да к апрелю я тебе его введу в строй, Илюх, не ссы!
– Пробасил Капер.
– Дал им несколько советов. Как только осушим отсеки, сразу же рваные края начнем срезать. Электрикой сам займусь, надеюсь, не обречена еще. Но, сомнения меня берут за то, что спасем привод.

– Капер, поторопись, - мягко попросил Илья.
– Мне броненосцы как воздух нужны. С одними "Пересветами" и "Петропавловсками" я особо не навоюю.

– Слушая, я не волшебник!
– Огрызнулся, Капер.
– И так пообещал рабочим за сверхурочные двойные оклады. Это мы с вами сейчас спать пойдем, а они - въе..вать будут до самого утра. По пояс в ледяной воде!

– Друг, остынь, ты чего?
– Вервольф примирительно положил руку на плечо товарища.

– Чего? Вы знаете, кто спас этот кусок французского г... кораблестроения, от переворачивания? Нет, не знаете! А я вам скажу! Трюмный механик Фёдоров! А ему хоть слово благодарности сказали? Человек сутками не спит! Я сегодня побывал на броненосце! Голодный, не выспавшийся и еле держащийся на ногах человек, а не трюмный механик! А ему даже спасибо никто не сказал, кроме собственного экипажа.

– Скажут, - тихо пообещал Илья.
– Я не знал, Капер. Подготовь представления кого наградить. За спасение корабля - отдельно. По факту введения в строй - будут еще и медали, и ордена, и денежные премии. Так что, не кати бочку раньше времени.

– Угу, - набычился Капер.
– Тебе бы не по столовым шляться, а туда спуститься, по грудь в воде в потемках попробовать покомандовать.

– Так, друзья, хватит собачиться!
– Вельхеор примирительно поднял руки вверх.
– Общее дело делаем. От того, что мы ругаемся - враг готовит новые гадости.

– Поддерживаю, - присоединился Помэ.

– Мир?
– Илья протянул руку Каперу.

– Да мир, конечно, якорь вам в шею, - Капер медвежьей хваткой хрустнул ладонью адмирала.
– Просто обидно становится за рабочий люд...

– Все, проехали, - Вервольф хлопнул в ладони.
– Никто не будет обижен. Что с "Ретвизаном"?

Капер не глядя даже в записи долго и витиевато выматерился.

– А на литературном русском?
– Попросил Гарик.
– Я тоже так могу, может даже получше.

– Да эти бакланы, которые зовутся корабельными инженерами тыкаются из одной перипетии в другую. Объясняю им - надо снять часть плит с носа, демонтировать орудия, чтобы разгрузить нос. Они мне - нет, мы придумали и спланировали кессон, этого достаточно. А то, что их кессон течет, как решето - им все равно. Решили его мешками с опилками герметизировать, деятели, мать их. Короче, поругался я с ними крепко.

– Познавательно, - заметил Илья.
– А что насчет ремонта?

– А я и говорю - прикажите этим чудакам разгрузить нос. Время же теряем. Ну не получится только при помощи кессона откачать корабль!