Но, вишенкой на торте сегодняшнего утра, начисто лишившего меня плохого настроения, стал лейтенант Мякишева.

Бывший флагманский артиллерист был довольно скромен, корректен, приятен в общении. На встречу он принес записную книжку, в которой при беглом осмотре я заметил множество схем, рисунков и пояснительных записок.

– Здесь содержатся некоторые заметки о действиях нашего и японских флотов в дневном сражении 27 января...

Мой интерес к лейтенанту вырос мгновенно в разы.

– Присаживайтесь, я распоряжусь принести нам чаю.
– Сам я, крикнув вестового, принялся изучать бумаги.

Тут были зарисовки, схемы, снабженные пометками, корректировками и замечаниями относительно действия японских и наших кораблей. Даже беглого взгляда на них хватило, чтобы понять, что флагманский артиллерист в отличии от остальных членов штаба Старка штаны не просиживал.

В начале двадцатого века, в русском флоте роль флагманского артиллерийского офицера заключалась лишь в организационно-распорядительских функциях. Он следил за тем, чтобы на каждом из кораблей эскадры было необходимое количество снарядов, составлял программы подготовки артиллеристов, следил за исправностью орудий и их своевременном ремонте. С началом эскадренного боя его значимость сводилась к нулю, поскольку управлять в общей свалке стрельбой своих артиллеристов он уже не мог - банально не видел, куда и кто стреляет. Поэтому, максимум что мог сделать флагманский артиллерист во время боя - притвориться ветошью и не мешать господам адмиралам играть в войнушку.

Андрей Константинович же меня удивил полностью. Мало того, что он весь бой провел наблюдая за эволюциями своих и вражеских кораблей, так он еще успел сделать выводы и сформировать тактические рекомендации для адмирала. И, судя по пространственной рецензии Старка, бывший командующий слабо интересовался активными боевыми действиями.

– Весьма занятно, господин флагманский артиллерист, - заметил я, отложив в сторону его труд.
– Должен признать - впечатлен вашим деятельным подходом. Особо порадовало ваше предложение использовать корабли эскадры отрядами - относительно их скорости и вооружению. Признаюсь, я и сам не горю желанием лишать "Победу" и "Пересвет" их преимущества в скорости, ставя в линию с "Петропавловском", "Полтавой" и "Севастополем", не говоря уже о "Цесаревиче" и "Ретвизане". Любопытны так же ваши выводы о возможности ведения стрельбы с закрытых позиций.

– Покорно благодарю, ваше превосходительство.

– Вот что я вам скажу, Андрей Константинович, - я отпил чаю из чашки.
– С Черного моря в Артур едет барон Гревениц, который должен стать флагманским артиллеристом эскадры. Однако, ваша энергичность и стремление исполнить свой долг заставили меня минуту назад скорректировать свои планы. Вы останетесь флагманским артиллеристом флота. Барон же отправится во Владивосток, где поступит в распоряжение контр-адмирала Флешмозга. Однако, не все так просто. У барона есть довольно любопытная программа пристрелки - не одиночными, а полузалпами. Вы слышали о ней?

– К моему сожалению - только весьма общие сведения.

– Понимаю. Пока система еще широкого распространения не получила. Я попрошу барона передать вам подробную записку о сущности его метода, для применения на кораблях эскадры.

– Будет исполнено, Ваше превосходительство!

– И еще. Вы выказали весьма интересную мысль о стрельбе с закрытых позиций. Скажите, что вам необходимо для организации перекидной стрельбы из гавани?

– Дайте подумать... Наблюдательный пункт на господствующей высоте для корректировки стрельбы. Желательно, для оперативности командования иметь телефонную связь с кораблями, которые ведут стрельбу из гавани.

– Спорное утверждение. Что если нам придется маневрировать в гавани - противник же не будет молча смотреть, как мы его расстреливаем? На удачу, да начнет обстрел гавани.

– Тогда, я бы посоветовал вести огонь с "Цесаревича" и "Ретвизана". Они стоят неподвижно, а значит, точность стрельбы возрастает. К ним можно провести телефонную связь. Так мы получим оперативное информирование о состоянии целей и введении поправок по целику и углу. А для остальных кораблей тогда можно использовать флажные сигналы. Хоть это и будет долго и может привести к ошибкам в разборе сигналов - ничего другого на ум пока не приходит.

– Занятно... Передавать флагами угол и целик, учитывая, что противник будет усердно маневрировать... Скажите, а если упростить систему передачи координат?

– Простите, но, я не уверен, что понимаю вас...

– Будьте любезны, подайте, пожалуйста, карту внешнего рейда. Да, благодарю. Хоть она и не всецело отражает то, что нам нужно, для вводной она подойдет.

В школе я был заядлым игроком в "морской бой". Поэтому, идея, которую я собирался предложить, была для двадцатого века революционной. Главное - не рассказывать о том, откуда в моей голове такая светлая мысль.

– Вот скажите, Андрей Константинович, - я ткнул наобум точку на карте.
– Вам известно расстояние от нашего положения сейчас, до вот этой точки.

– Затрудняюсь ответить, но, при помощи дальномера...

– Принимается за ответ. То есть, зная заранее точку, в которой окажется противник, вы сможете сообщить нашим кораблям, которые противника не видят, на какой угол нужно подымать орудия и какая дистанция до цели?

– Гм... не сразу, конечно, но... Чтобы знать заранее, нужно просчитать эти данные до появления противника... Учесть... Да! Да, смогу! Но, потребуется много подготовительной работы. Нужно будет промерить значительное расстояние, вплоть до пределов действия наших корабельных, не говоря уже о крепостных, орудий. Однако, это не намного ускорит передачу данных...