Я неохотно беру маску, в то время как Пиллар незаметно подмигивает мне. Он надевает маску, принимая приглашение. Имя Уоррингтон Каттенстут - отличная шутка. Льюис Кэрролл родился в Уоррингтоне, а Каттенстут - праздник, на который мы приехали. Чешир здесь и он хочет сыграть с нами в одну из своих игр. Он приглашает нас на ритуал.

– А как же нам называть вас?
– спрашивает Пиллар, как только мы присоединяемся к Про - Кошачьим.

– Называйте меня Крысолов, - улыбается он.

– Мне любопытно, почему Вы одеты как Крысолов, на мероприятии, посвященном кошкам, - вынуждена спросить я.

– Это наша местная шутка, юная леди, - Он трясет головой и ногами, словно шут.
– В Про - Кошачьем сообществе считают, что Крысолов должен быть котом. Кого звать, если в городе полно крыс? Крысолова. Он делает тоже, что и кошки, ликвидируя крысиные бега.

– Оу, - Пиллар и я глядим друг на друга. Мы выглядим довольно глупо в этих масках.

– Я знаю весь этот бред, про флейту и тому подобное, но после того, как Крысолов выкурил крыс из Хаммельна, как думаете, что он сделал потом?

– Я слышала, что он утопил их в реке, - отвечаю я.

– Неправда, юная леди, - возражает он.
– Он съел их, конечно же. Подобно предкам этого города, которые послали кошек убить крыс в башню. Теперь, следуйте за мной.

Пока мы идем мимо туристов к башне, Про - Кошачьи начинают петь:

Где ты была сегодня, киска?

У Королевы, у английской.

Что ты видала при дворе?

Видала мышку на ковре!

У меня под маской широко открывается рот, когда я слышу подобное. Пиллару ничего не остается, как в конце прокричать:

– Мяу!
– Он говорит это, словно “Аминь!”

Мы пробираемся сквозь толпу, в то время как они пускают нас в башню. Люди согласились отдать нам ее в пользование, но только на один час, чтобы после остальные туристы могли ею воспользоваться. Мы поднимаемся. Крысолов передает мне средних размеров сундучок с металлическими ручками на верхушке. Он тяжеловат, и внутри кто-то скребется.

– В этих сундуках коты, - сообщает Пиллар, пока мы взбираемся по ступеням. Я слышу мяуканье внутри своего сундучка.

– Почему коты?
– зашипела я на него.
– Это бессмысленно. Они же из Про - Кошачьих. Они же не будут выбрасывать их с башни, как прочие туристы.

– Остальные туристы не сбрасывают с башни настоящих кошек, - поправляет меня Пиллар.
– Они сбрасывают игрушечных котов, это часть представления. Может, башня своего рода Ноев Ковчег. Может, Чешир собрался утопить мир каким - нибудь наводнением, поэтому решил собрать побольше кошек.
– Я знаю, что Пиллар бывает саркастичным. Однако, он понятия не имеет зачем мы поднимаемся, а я просто терпеть не могу ожидание.

– Он не зря нас сюда пригласил, - напоминаю я ему.
– Он хочет продемонстрировать нас свою силу. Я думаю, что ритуал будет проходить на самой вершине башни. Что означает - Констанция здесь.

Пред нами открывается огромнейшая комната и каждый из активистов проходит к ряду закрытых окон с видом на парад и весь город. Они поворачиваются лицом в круг, где стоит Крысолов. Это, определенно, ритуал.

– Поскольку времени у нас мало, - объявляет Крысолов.
– Я постараюсь закончить побыстрей.
– Один из сундуков гремит изнутри. Грохот весьма необычен. Кошки, должно быть, большие. Я слышу, как моя царапает внутреннюю обшивку сундука.
– Я знаю, все вы потеряли своих предков в инциденте, что произошел много веков тому назад, когда люди безжалостно убили их, выбросив из окон.

Теперь, все обретает куда больший смысл. Каждый присутствующий здесь изначально был котом, теперь с человеческой душой. Они явились сюда, чтобы отомстить за своих предков. Находиться здесь - страшно. Я смею даже взглянуть на Пиллара. Мы попали в засаду.

– Наших предков сжигали во Франции столетие спустя, - произнесла женщина в кошачьей маске.

Я читала про сожжение котов во Франции по интернету. Видимо у людей в те времена было множество претензий по отношению к кошкам.

– Не только во Франции, - повышает голос другой мужчина в маске. Трудно понять, кто говорит и откуда доносится голос.
– В Бразилии тоже убивали кошек. Вся моя семья была убита.

– Моя семья была убита в Древнем Египте. Мы должны были стать Богами!
– произнес третий.

– Я знаю, что раньше в этом мире мы были Богами, - успокаивает Крысолов остальных.
– В любом случае, людской холокост против кошек не удался. Мы эволюционировали и научились выживать. Некоторые из нас стали тиграми или даже львами. А большинство выжило, украв дыхание человеческих младенцев и забирая их души.
– Он стискивает руку в кулак и поднимает ее в воздух. Внезапно, я замечаю, что это не рука. Это коготь в человеческом теле.