— Сделаю.

Когда Баррелл удалился, Джек подавил еще один зевок и потряс головой, пытаясь разогнать туман, стоявший перед глазами. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что смерть отца, наверное, повергла его в шок. Брайант не ощущал ничего, кроме внутреннего онемения. Он не в силах был думать об этом — только не сейчас. Джек чувствовал, что при малейшем воспоминании об уходе отца его ум пустел и в ужасе шарахался от реальности. Работа! В ней спасение. Это то, что он умеет делать.

Он ждал отмашки человека, находящегося внизу. Клеть опустела, потом ее наполнили новые рабочие-индусы. Высота этой конструкции составляла около двадцати футов. Люди располагались на двух уровнях, до тридцати человек на каждом.

Джек сверился со счетчиком. Все шло своим чередом. На спуск уйдет примерно три минуты. Он ждал, чтобы Марти отметил, сколько человек вошло в очередную клеть. Все готово.

Рукоятчик подал сигнал. Колокольчик над головой зазвенел. Пора начинать спуск. Брайант уже начал думать о более вместительных клетях, в которых кварц всю ночь будет подниматься на поверхность. Клети для руды недавно чинили, так что можно рассчитывать на беспроблемную смену.

Он бросил взгляд на указатель счетчика. Люди уже на глубине трех тысяч футов. Это произошло скорее, чем ему подсказывали инстинкты. Кофе не совершил ожидаемого волшебства. Надо было сохранять бодрость и бдительность. Брайант подозвал крошечного индуса, работавшего неподалеку. Этот Бабу всегда находился рядом, мгновенно узнаваемый в своих мешковатых черных брюках и темно-серой рубашке с закатанными по локоть рукавами.

Он заулыбался во весь рот так, что у него разошлись усы. Индус неизменно радовался, когда его звали.

— Да, сэр, мистер Брайант?

— Принеси-ка воды. Очень хочется пить.

Тот кивнул и заспешил прочь. Джеку подумалось, что хорошо было бы, если бы все работники имели такой же нрав, как маленький Бабу, почитавший, по-видимому, верхом счастья ходить в посыльных у инженера.

Тот вернулся в мгновение ока.

— Вот, сэр.

Джек принял эмалированную кружку и осушил ее с громким хлюпаньем.

— Мне это было надо, — со вздохом произнес он, устремив взгляд на указатель глубины.

Ему это кажется или же клеть в самом деле снижается быстрее обычного? Люди уже на глубине семи тысяч футов. Джек вновь сосредоточил внимание на указателе. Пожалуй, стоит снизить скорость. Орудуя рычагом, он замедлил ход. Механизм откликнулся мгновенно, и Брайант не только ощутил, но и услышал это.

Отчаянно заморгав, он ощутил внезапную и непреодолимую усталость.

«Когда опустим людей, все пойдет как по маслу, почти само собой, — сказал он себе. — Тогда можно будет перепоручить работу кому-нибудь из подчиненных».

Сам же он займется с Барреллом проверкой, напомнит ему, кто здесь начальник.

Он задумался о Неде, о том, как ему помириться с другом. Затем мысли естественным образом повернулись к Айрис, к ее сообщению о том, что у них в доме творится что-то непонятное. Если уж на то пошло, то девятичасового «мигания», донельзя раздражавшего Джека, сегодня тоже не было. Очень странно.

Раздался тошнотворный хруст. Механизм затрещал сверху донизу. Гигантский барабан резко встряхнулся. Это содрогание передалось Джеку через рычаги, он ощутил его сквозь перчатки. В эту долю секунды ему показалось, что его перебросило на несколько лет назад, в ледяное зимнее утро в Пензансе. Потрясением словно распороло Брайанта надвое, несколько мгновений он не мог дышать, взглянул на барабан и увидел, что тот цел, а тросы подрагивают от неведомого толчка.

У него хватило присутствия духа нажать на тормоза и перевести мотор на холостой ход. В голове Брайанта помутилось. Он решил, что произошла поломка механизмов, но все оставалось в целости и работало отменно.

Ворвался Баррелл. Он кричал, Марти тоже вопил что-то со своего места у устья шахты. Колокольчик над головой резко звонил, неподалеку яростно надрывался телефон.

Но на суть дела Джеку указал Бабу.

С глазами, расширенными от страха, подрагивая усами, он призывал босса:

— Указатель, мистер Брайант, сэр. Посмотрите на него. — Индус тыкал тонким пальцем в прибор.

Джек метнул взгляд туда же, и цифры как нельзя более ясно сказали ему, что люди опустились на девять тысяч футов.

Девять тысяч.

Чересчур глубоко!

Рабочие заперты в клетях, закрытых снаружи на прочные замки. Их опустили на дно шахты, где естественным образом скапливается вода.

— Они захлебываются! — закричал Баррелл, прыгая на платформу. — Насосы не работают, помнишь?