– Маруся, какие новости? – с любопытством спросил Виталик.

– Да в общем, никаких… – пожала она плечами, улыбаясь. – А что?

– А с Леонидом как? – обернулась Кристина.

– Он нам очень помогает, – подумав, осторожно ответила Маруся.

– По-моему, неплохой мужик… – заметил Виталик.

– Да что там – «неплохой»! – всплеснула руками Кристина. – Он просто святой! Таких больше нет!

– Как это нет? – Виталик сделал вид, что обиделся. – А я?

– Ну, ты-то уж вообще вне конкуренции… – Кристина звонко, с чувством поцеловала мужа в лысеющую макушку. – Егорушка, сладкий мой, а как собачка лает?

– Ав! – немедленно заорал Егор. – Ав-ав!

– Гениально… – едва не прослезилась Кристина.

Маруся с улыбкой смотрела на своих гостей и все никак не могла понять, почему так изменились Кристина с Виталиком? Ну да, они были влюблены, они были счастливы… Но разве только в этом дело?

«Как будто они на свет заново родились… – машинально подумала Маруся. – А что, может, именно так оно и есть – человек рождается именно тогда, когда в его душу входит любовь, и он добирает недостающее, достигает некоего абсолюта? Вот Алевтина Климовна, наоборот, так и не смогла родиться…»

Потом Маруся вспомнила Арсения, как им было хорошо вместе, и настроение у нее неожиданно испортилось. Смотреть на чужое счастье – испытание не из легких.

…Егор этой ночью ни разу не проснулся – у Маруси была прекрасная возможность как следует отдохнуть, но вместо этого она ворочалась с боку на бок и думала об Арсении Бережном. Если бы он не погиб, она бы тоже была сейчас счастлива – дышала бы полной грудью, ощущала радость жизни… Острая боль от потери почти прошла, но досада, недоумение – нет. Почему все так произошло?

«Леонид Урманов – вот кто во всем виноват! Мой злой гений! – она приподнялась на локте и посмотрела на спящего сына. – Ну, хотя не совсем… А что, если поговорить с Урмановым? Вот так, прямо… Спросить в лоб: „Это ты убил Сеню? Убил потому, что ненавидел его с детства, еще с тех времен, когда ты, Леонид Урманов, носил нелепую кличку – Бобр… Интересно, что он тогда мне ответит?..“

Эти мысли были не случайны, они возникли не вдруг, потому что чем дальше, тем сильнее она попадала в зависимость от Урманова – в материальную, моральную и прочую… Маруся уже не могла, как прежде, ненавидеть его! Порой она даже как будто забывала о том преступлении, которое совершил Урманов, – особенно в те минуты, когда видела, как тот возится со своим сыном. И как смотрит иногда на нее.

Утром зазвонил телефон – это был Журкин, бывший супруг. Все последнее время он часто звонил, требовал от Маруси окончательного решения. Он жаждал воссоединения семьи!

– Ну как, ты надумала что-нибудь? – весело спросил он. – Маруська, ну сколько можно…

– Я пока не знаю, – честно ответила она. Так она отвечала Жэ Жэ каждый раз, и каждый раз тот печально вздыхал, а после они продолжали разговор уже на какие-нибудь посторонние темы. Но в этот раз Женя Журкин неожиданно взорвался:

– Елки зеленые, а когда ты будешь знать?!

– Женя, не надо на меня давить! – тоже разозлилась она.

– Надо! – закричал тот. – Ты, Маруська, дурочка! Ну кому ты еще нужна, кроме меня, а? Ты своего счастья не понимаешь! Вот что – я тебе больше не буду звонить… Сама позвони, если что надумаешь!

Маруся услышала короткие гудки.

Она с раздражением бросила трубку на рычаг. В ту же секунду телефон зазвонил снова.

– Алло! Журкин, нет! Ты хотел определенности? Ну так вот – нет! И пусть я хоть сто раз дурочка, но…

– Минутку, – с удивлением прервал ее знакомый голос. – Ты с кем сейчас говоришь?

– Лёня? Прости… – она засмеялась невесело. – Я думала, это снова Журкин, мой бывший муж.

Урманов помолчал некоторое время. Потом спросил каким-то странным голосом:

– А чего он хотел?

– Так, неважно… К сожалению, я только сейчас поняла—в одну реку нельзя войти дважды, – туманно ответила она.

Урманов снова помолчал.

– Послушай, сегодня отвратительная погода… – нерешительно начал он.

В самом деле, с утра лил дождь – после короткого «бабьего лета» осень снова вступила в свои права.

– Ты хотел сказать, что не приедешь сегодня?

– Нет. Я хотел пригласить вас с Егором к себе.

Сердце у Маруси забилось. Это было что-то новенькое! Урманов никогда не звал их в гости, обычно он или заезжал к ней домой, или они втроем, вместе с Егором, отправлялись вместе в ближайший парк.

– К себе? – переспросила она.

– Ну да… Ты же так и не видела, как я живу.