Мерси застыла на пороге. Она помнила, что прежде здесь находилось узилище, и теперь не поверила своим глазам. Каменные стены были обшиты панелями из пластика, а в воздухе по контрасту с пропахшей плесенью лестницей совсем не чувствовалось лишней влажности, а веяло подлинной свежестью. Через все помещение тянулись ряды стеллажей и шкафов, набитых всевозможным товаром. Кое-что было засунуто в ненадписанные короба, но в основном диковинки лежали без упаковки, лишь обернутые прозрачной пленкой. Тут хранились внушительная коллекция оружия двадцать второго века и разнообразные тончайшие инструменты и приспособления, конфискованные у путешественников во времени ввиду их несоответствия феодальной культуре тану. Мерси с удивлением разглядывала солнечные батарейки, агрегаты непонятного назначения и прочее высокотехнологичное оборудование. Какая-то штуковина имела табличку: «прицепной поясной мини-взрыватель», еще одна — «морской ионизатор Фербэнкс Морзе» или другая — «естественный озонатор Мицубиси, ЛТД». Были там антенны-тарелки, фотонные экскаваторы и коллекции микроорганических культур. Рядом с предметами повседневного пользования находились совершенно загадочные приборы и конструкции.

— Генеральный склад, — пояснил Эйкен, после того как уселся на крышку небольшого компьютера с описью наличности и что-то едва слышно произнес в микрофон. — Ноданн и Гомнол были те еще барахольщики. Король Тагдал обрек все эти сокровища на уничтожение, а его подданные осмелились нарушить приказ. Покойный лорд Бураска тоже утаивал контрабанду, но, конечно, не в таких масштабах. Склад Гомнола незадолго до потопа обследовала Бреда. Кое-какое невоенное снаряжение было передано добродетельной клике Элизабет. Остальное Супруга Корабля, вероятно, уничтожила: мои люди прочесали всю Мюрию — и нигде никаких следов. А то, что хранилось в Бураске, захватили фирвулаги.

— Неужели Шарн с Айфой не побрезгуют воспользоваться нашим оружием?!

— ахнула Мерси.

Маленький робот-хранитель бесшумно подкатил к ним по проходу.

— Прошу, гражданин, получите заказанный вами материал.

— Премного благодарен. — Эйкен открыл верхнюю папку, вытащил оттуда пакетик и засунул его под левый обшлаг. Затем выключил компьютер и направился к двери. — Ну вот и все, любовь моя. На днях еще разок приведу тебя сюда, подберешь себе что-нибудь.

— До начала войны? — невесело усмехнулась Мерси.

— По моей инициативе она не будет начата.

— Фирвулаги наверняка устроят на тебя покушение во время праздника. Пришла же блажь их приглашать! Они умеют запудрить мозги еще лучше, чем потомство Нантусвель.

Он подошел к ней вплотную. Острые грани его доспехов прижались к ее телу сквозь тонкую ткань платья. Одной рукой он все еще сжимал шлем, другая обвила ее талию.

— Приглашая маленький народ на праздник, я демонстрирую им свою силу. Ясно тебе. Огненная леди? В настоящий момент нет более разумной тактики. Эти экзотики — все недоумки. И Шарн с Айфой, и наши лорды из провинции, и злокозненный старик Село — все до единого. А психопатка Фелиция заодно с ними. Такие варвары понимают только язык силы. Что же касается грозящей мне опасности… когда я не сплю… для того-то я сюда и спустился. Знаешь, что это такое? Прибор для защиты головного мозга. Какой-то параноик из Содружества решил, что в плиоцене его уму понадобится защита. А угодил мне, поскольку я не силен в коррекции.

В глазах цвета морской волны сверкнуло восхищение, смешанное еще с чем-то.

— Да уж, все они тебя недооценивают, а когда поймут, каков ты есть, будет уже поздно. Ты их обведешь вокруг пальца, не сомневаюсь. Но за это придется тоже платить. Только не знаю, кому — тебе или мне…

Его тяжелая рука легла ей на затылок. Их губы встретились, наэлектризованные, жгучие. Он заглянул ей в душу и рассмеялся.

— Так вот что тебя возбуждает, Огненная леди! Смертельный страх.

— Точь-в-точь как тебя, Амадан-на-Бриона.

— У тану я не слышал такого слова. Что оно означает? Стой, не закрывайся!

Но Мерси поставила надежную защиту, и он не мог ничего уловить, кроме всепоглощающей страсти.

— Амадан в кельтском фольклоре значит «шут». Фатальный дурак, чьи прикосновения смертельны. — Она безжалостно засмеялась. — Ну пойдем наверх, мой Амадан! Прочь с этой помойки! Я передумала насчет того, чтобы подождать до свадьбы, и ты забудешь свои страхи в моем гостеприимном лоне.

Апрельское небо полыхало огнем в ночь, когда тела их впервые слились воедино. А Стеклянный замок Гории звенел, точно призывный набат.

Вон Джарроу, беспечно перевесившись через борт кеча, послал в волны телепатический сигнал.

— Прекрати, — сказал Элаби Гатен, не пытаясь скрыть своего отвращения.

— Не суйся не в свое дело.

Странная нечеловеческая трель вновь прорезала воздух. Из глубины моря долетел слабый ответ.

— Эге-гей! — завопил Вон и вскинул карабин «Мацушита РЛ-9».

— Зря ты, Оуэн предупреждал нас… — начал было Элаби.

Но в этот момент голова дельфина показалась на поверхности, и Вон выстрелил; красные лучи прошили хребет морского млекопитающего. Раздался писк, в котором смешивались боль и разочарование. Вон захохотал и еще раз пальнул в судорожно дернувшуюся тушу. Крик заглох, и дельфин скрылся под расползающимся рыжим пятном.

— Ну ты, кретин безмозглый! — Оуэн Бланшар, белый от ярости, пошатываясь, выскочил из каюты.

Элаби, стоявший на комингсе, спешно поставил судно на автопилот и подбежал к старику, чья хроническая морская болезнь теперь могла окончиться апоплексическим ударом.

— Я говорил тебе, чтоб ты оставил дельфинов в покое! Говорил или нет?!

Вон облокотился на поручни, не выпуская карабина. На нем были одни узенькие плавки, и над ними нависало раскормленное брюхо, блестевшее от крема для загара.