– А адрес-то ваш как она узнала?

– Не говорит... Отец! Что же ты молчал, что у тебя сестра в Америке живет?
– Голос Антона стал повеселее и погромче.

Похоже, гостья была уже где-то рядом с ним.

– Почему ты думаешь, что в Америке?

– А где же еще! Она один компьютер... такой приволокла с таксистом, что я таких даже на выставках не видел!..

– Богатая, значит, тетка оказалась?
– нервно рассмеялся П.П.
– Но вы ее хоть приняли? Угостили?

– Еще бы! Нинка мелким бесом вокруг нее вьется. Она ей колье сапфировое привезла. И кольцо такое же. Ну, в общем, гарнитур от Тиффани. А уж детям всего!.. Девки от нее не отходят!

П.П. вздохнул. Некоторое время даже не мог говорить.

"Узнаю старые повадки мамаши!"

– Папаня? Ты где там?
– встревожился Антон.
– Ты что, сам не ожидал?

Кавголов представлял, какую радость, какое блаженство, пусть короткое и странное, испытывает сейчас его мать.

Ведь она была лишена при жизни живых очаровательных правнучек! Одну из которых и назвали Аней, якобы в ее честь...

– Папаня! Папаня!
– всерьез обеспокоился сын.
– Ты где? Скажи что-нибудь! Я, может быть, зря позвонил? Ты сейчас один?

– А с кем я могу быть?
– П.П. не смог скрыть своей горечи.
– Ладно! Сейчас это неважно...

– А то я приеду...

Кавголов знал, что это не пустые слова.

– Куда тебе! У вас же гостья! Да еще какая!
– Старик усмехнулся.
– Из Америки! Как она хоть выглядит? На сколько лет?

– На сколько и должна выглядеть твоя младшая кузина...

– Ах, она же мне кузина!
– расхохотался Кавголов.
– Ну да, конечно! Конечно кузина!

– А то, может, к нам приедешь? Младшенькую давно не видел! Только все хвастаешься, какие у тебя внучки!

– Ничего я не хвастаюсь, - смутился П.П.

По правде говоря, водился за ним такой грех.

– Нет уж! Наслаждайтесь в обществе "моей кузины".

Антон был явно в некоторой растерянности. То ли от объяснений, то ли от того, чего не договаривал ему отец.

– Нет, отец, ты все-таки странный...
– начал он свою обычную, занудную тираду. Она возникала, когда сыну надо было высказать свое недовольство отцом.

Отличить сыновнее хорошее отношение от мнимого выговора было легко. Если Антон недоволен - значит, идет в ход обращение "отец". Если все хорошо - "папаня". А уж если чего-то выпросить, отканючить, тогда уже "папанечка".

– А она что, действительно кузина?
– Голос сына стал еще тише.

– Да, действительно, действительно...
– вдруг заторопился П.П.
– А где она сейчас?

Антон рассмеялся.

– В ванной комнате! Учит Нинку, как детское белье правильно замачивать...

– Да! Это она у вас далеко зашла!
– тоже засмеялся П.П.
– И что? Нинка даже не сопротивляется?

– Анна Георгиевна себе в союзники Саньку взяла. А тем лишь бы кавардак устроить. Да еще с новой бабушкой...

– Она им не бабушка!
– неожиданно для самого себя сказал П.П. Но произнести слово "прабабушка", да еще в такой странной ситуации, он не смог.

Антон что-то понял и быстро попросил:

– Папаня, ты не отходи. Я сейчас ее позову!

В телефоне раздался стук, и Кавголов услышал голос сына:

– Анна Георгиевна! Вас папа к телефону зовет! Срочно...

Вот это уж зря - никакой срочности не было.

– Дедушка?
– ворвался в телефонный провод голосок маленькой Саньки.
– А мы тут стираем. Вы когда к нам...

Но внучку быстро оторвали от трубки, и П.П. услышал дружелюбный всегда ровный с ним - голос невестки:

– Добрый вечер, Павел Павлович. Вы меня слышите?

– Слышу, слышу, - буркнул Кавголов.

– Передаю трубку Анне Георгиевне. Ваша кузина - такая прелесть!

П.П. почувствовал, что сердце упало куда-то в пропасть. В вечность... Он даже зажмурился, чтобы перевести дыхание. Сейчас он услышит...

– Ты не сердись на меня, Павлуша! Первой я к ребятам твоим решила приехать! Не к тебе...

П.П. не мог вымолвить ни слова. Спазм перехватил дыхание. Слезы сами, непроизвольно, мгновенно залили его лицо... Трубка в его руках дрожала. У него как будто начался приступ, мышцы перестали подчиняться...

– Это ничего, Павлуша!
– успокаивающе сказала в трубку мать. И после паузы начала говорить тише: - Внучки у тебя - прелесть! Старшей фотографию видела. А младшая!.. Ты не беспокойся, никто не слышит, я ушла в другую комнату. И жена Антона хорошее впечатление производит...