— Зачем такому, как ты, нужно было вступать в РыКи? Гильдия преступников подошла бы тебе больше.

— Ке, зачем задавать такие очевидные вопросы? Из-за той девчонки, — ответил он своим скрежещущим голосом и облизал губы.

Когда до меня дошло, что он имеет в виду Асуну, моя кровь закипела.

— Ах ты поганый ублюдок!..

— Вау, а что ты на меня так смотришь? Это ведь всего лишь игра, верно? Не волнуйся, я позабочусь о твоем драгоценном сублидере в твое отсутствие. В конце концов, у меня есть масса полезных вещиц.

Крадил подобрал бутылку с отравленной водой и потряс; в бутылке забулькало. Затем он неуклюже подмигнул и продолжил говорить.

— А ты только что кое-что интересное сказал, ты сказал, что гильдия преступников подошла бы мне больше.

— …Ну, я всего лишь сказал правду.

— Это я тебе комплимент сделал. Ты очень умный. Ке-ке-ке-ке.

Смеясь, Крадил, похоже, одновременно о чем-то раздумывал. Затем он внезапно снял латную перчатку с левой руки, закатал белый рукав поддевки и развернул оголенное предплечье, чтобы я мог видеть его внутреннюю сторону.

— !!

Когда я увидел, что там, у меня перехватило дыхание. Там была татуировка. Карикатурное, как в манге, изображение угольно-черного гроба. На крышке гроба были изображены глаза и ухмыляющийся рот; изнутри тянулась белая скелетная рука.

— Это… эмблема… «Веселого гроба»? — выдавил я сквозь сухое горло. Крадил осклабился и кивнул.

«Веселый гроб» был раньше крупнейшей и худшей гильдией плееркиллеров в Айнкраде. Вел их один холодный, хитрый тип, и они безостановочно экспериментировали, изобретая все новые способы убийства игроков; в конце их существования число убитых ими игроков стало трехзначным.

Игроки пытались как-то решить эту проблему путем переговоров, но всех парламентеров безжалостно убили. Мы даже не могли понять, почему они занимались плееркиллерством — ведь это уменьшало шансы пройти игру; и из-за этого мы не могли с ними поговорить толком. Не так давно игроки, ставящие перед собой целью прохождение игры, сформировали отряд подавления, сравнимый по силе с группами, отряжаемыми против боссов, и в нескольких долгих, кровопролитных сражениях наконец-то уничтожили эту гильдию.

Асуна и я тоже были в том отряде. Но где-то произошла утечка информации — плееркиллеры успели подготовиться и ждали нас. В боевом азарте, пытаясь защитить товарищей, я тогда случайно взял жизни двух членов «Веселого гроба».

— Это… твоя месть? Ты выживший член «Веселого гроба»? — хриплым голосом спросил я. Крадил в ответ выплюнул:

— Хех, да нет. Зачем мне заниматься такой ерундой? Я вступил в «Веселый гроб» совсем недавно, и только духовно. Этот фокус с параличом я узнал у них… а, ты мне надоел.

Каким-то механическим движением он встал и вновь поднял вверх меч.

— Ну, поговорили, и хватит. Действие яда скоро кончится, так что мне тоже пора кончать. Как я мечтал об этой минуте… еще с той дуэли…

Огонь полыхнул в его глазах, выпученных уже настолько, что они стали совершенно круглыми. Из искривленного в улыбке рта высунулся кончик языка; Крадил даже привстал на цыпочках, готовясь рубануть мечом сверху вниз.

Прежде чем он ударил, я метнул дротик движением одного лишь запястья левой руки. Целился я в лицо, чтобы урон был максимален, но из-за наложенного параличом штрафа к меткости промазал и попал Крадилу в левую руку. Его хит-пойнты чуть уменьшились, мое же положение стало совсем безнадежным.

— …Больно…

Крадил наморщил лоб, уголки губ изогнулись вверх. Затем он воткнул кончик меча мне в правую руку и повернул его дважды, нет, трижды.

— Арррр!..

Боли я не чувствовал, но неприятное ощущение от стимуляции нервов распространилось по всему моему телу, как и ощущение паралича. Всякий раз, когда клинок вгрызался мне в руку, мои хит-пойнты снижались, медленно, но верно.

Все по-прежнему?.. Яд по-прежнему действует?..

Я стиснул зубы в ожидании того момента, когда мое тело наконец-то освободится. Длительность паралича варьировалась в зависимости от силы яда, но большинство парализующих ядов прекращали свое действие минут за пять или около того.

Крадил вытащил меч и воткнул его мне в левую ногу. Неприятное ощущение паралича вновь растеклось по телу, и система безжалостно высчитала нанесенный урон.

— Ну как?.. Нравится?.. Как ты себя чувствуешь, зная, что скоро умрешь?.. Скажи мне… Скажешь?.. — почти прошептал Крадил, вперившись взглядом мне в лицо. — Скажи что-нибудь, сука… плачь, кричи, что не хочешь умирать…

Моя полоса хит-пойнтов укоротилась более чем наполовину и стала желтой. Паралич все не проходил. Я ощутил, как по телу медленно расходится холод, начиная с ног, затем выше, словно смерть дышит на меня ледяным воздухом.